Евгений Лесин Имена московских улиц. Топонимический словарь. – М.: ОГИ, 2007, 608 с.
600 страниц. Шесть авторов (Р.Агеева, Г.Бондарук, Е.Поспелов, Т.Соколова, А.Шилов, Д.Борко). Московские улицы, переулки, мосты, линии метро, станции, ручьи, мосты, вокзалы и пр. История переименований, происхождение названий. Подробно, научно, сухо.
Сухо? Я вот живу на проезде Стратонавтов. Могу я читать без слез такие слова: «Стратонавтов, проезд, СЗАО, р-н Покровское-Стрешнево; вдоль ж.-д. линии и до Волоколамского ш. Возник как Железнодорожная ул. в г. Тушино (по расположению у ж.д.). Переименован в 1964 г. в память о Павле Федосеенко, Андрее Васенко и Илье Усыскине, погибших при установлении рекорда высотного полета (22 км) на стратостате «Осоавиахим-1» 30 января 1934 г.»? Могу? Нет, конечно. Я их даже читать не могу – слезы мешают, капают и душат, душат и капают. И обратите внимание – г. Тушино. Если Тушино не город, то и Волга не река. Зря Лжедмитрия порешили. Было б и сейчас Тушино столицей России.
А слова, да что там слова, поэма, фуга и баллада про «вдоль ж.-д. линии и до Волоколамского ш.». Я каждый день хожу «вдоль ж.-д. линии и до Волоколамского ш.». Не доходя, правда, чуть-чуть «до Волоколамского ш.».
Раньше просто ходил, а теперь хожу и плачу.
А стратонавты... Я там с коляской гулял в 1991 году, после путча, и памятник видел – Павлу Федосеенко, Андрею Васенко и Илье Усыскину. Герои. Настоящие герои, не шучу я. И хорошо, в их честь переименовали Железнодорожную улицу.
А спорт. У нас все время североамериканский хоккей показывают. А надо бы русский хоккей, хоккей с мячом показывать и пропагандировать. Потому что мы – чемпионы мира. И потому что лучший клуб всех времен и народов – «Зоркий» из Красногорска. А до Красногорска – две остановки на электричке. Или на автобусе, или на маршрутке. Или пешком. Я как-то шел то ли из Тушино в Митино, то ли наоборот и где-то под МКАД свернул не туда и добрел до Красногорска. И еще обязательно надо футбол смотреть, там клуб «Химки» играет. И он хорош не только из-за Андрея Тихонова, а потому что, гуляя со вторым ребенком возле Химкинского водохранилища, мы несколько раз забредали в Химки. В город Химки. Я, разумеется, читал восхитительные пассажи про Химкинское водохранилище, Химкинский бульвар, Химкинский мост, речку Химку. «...Общая длина 18 км, в пределах Москвы около 11 км. Исток находится к северу от г. Химки, на окраине Химкинского лесопарка. Бол. часть стока реки регулируется плотиной Химкинского водохранилища, а также каналом им. Москвы. Ниже плотины Химка питается родниками с. Покровское-Стрешнево. С XVI века название было известно в форме Хинка; вариант Химка закрепился в XIX в...».
И вот так вот – про всю Москву. Я над Химкой и Сходней плачу («Сходня, Суходня, Входня, Выходня, Всходня, река, л. приток Москвы-реки, р-ны Южное Тушино, Покровское-Стрешнево. Общая длина 47 км, в пределах Москвы более 5 км, протекает в открытом русле... впадает в Москву-реку вблизи аэродрома в р-не Тушино...»), над улицей Фабрициуса, проездом Донелайтиса и улицей Вилиса Лациса, а другому, наверно, милей Пиявочный пруд или Милютинский переулок (бывшая Мархлевского, бывшая Казенная). Или Сретенка. Как там у Вероники Долиной? «Картинка иль, может, отметинка?/ Отметинка на судьбе.../ Кретинка, да это же Сретенка/ Висит у тебя на губе!»
Вы вслушайтесь в саму музыку слов. Улица Вилиса Лациса. А водопады! Какой водопад могучий на Сходне, за самым МКАД, можно стоять внутри водопада, волшебное ощущение.
Москва меняется, растет, ее губят и убивают. Но ничего лучше Москвы нет, не было и никогда не будет. На мой взгляд, конечно.
