Анна Козлова Молодежная жажда героя сильно смахивает на отсутствие налаженной половой жизни. Все предаются мерзостному самоудовлетворению и огорчены тем, что мужчины уже практически не отличаются от женщин. Русские мужчины - это плохие женщины, но, сохраняя известную обеспокоенность, они все же носят штаны, растят усы и в поддатии замышляют соитие.
Сергей Бодров-младший с момента своего появления на экранах наших телевизоров в образе брата-киллера почему-то претендовал на новый тип маскулинности. Он тупел в своих наушниках, убивал людей без всякой видимой выгоды и, что самое существенное, транслировал вульгарный русский шовинизм. В трамвае этот человек, лишенный всякой мимики, лихо осадил зарвавшегося кавказца - традиционное поведение для того, у кого есть оружие.
Сергей Бодров-младший не сумел подняться до творческого обобщения русского мужского типа - он доказал нам одно: самый распоследний человек на этом свете будет достоин женской любви и ласки, если он держит пистолет в кармане. Тип бандита, которому пистолет заменяет член, - вот единственный образ бодровского гения. Его отличительная черта - невнятность. Он не может высказать ни одной мысли за пределами пожелания поесть, попить, дунуть травки. Его мозг так же ленив и бессилен, как его язык - никто не полюбит этого героя ушами. Он интересен лишь настолько, насколько вызывает восторг мужская драка.
Единственное, что поначалу как-то Бодрова оправдывало и даже добавляло "брату" благородства, - полумифическое участие в чеченской войне. Он много выиграл на этой теме национального позора, не предпринимая, однако, даже попытки осмыслить ситуацию. И - начал выходить в тираж, в нем появилось что-то лимоновское┘ Когда он снял своих "Сестер", стало ясно: кровное родство можно моделировать до бесконечности. Братья и сестры, племянники и свояки, девери, золовки - Сергей Бодров навязывал семью как первобытность, как закон мести. В конечном счете он пришел к дешевому - девичьему - пацифизму, и "Кавказский пленник" не сказал больше того, что бабонькам скучно, когда парни махают автоматами в чужих ущельях.
Сергей Бодров-младший унизил мужчину. Опошлил и отупил его навязчивой манией автомата. Он смел косвенно утверждать, что мужчина - это зверь, совершенно невыносимый в условиях города, не приспособленный к транспорту, к магазину, к парикмахерской. Его "брат" стал образом чудовищной, на грани слабоумия конформности: не имея смысла как мужчина, приобретал власть силой оружия. Это был явный творческий тупик, идейная смерть Бодрова как актера и режиссера.
Вы видели его в проекте "Последний герой"? Без камуфляжа и лимонок, без карабина - в парусящих льняных штанишках, в соломенной шляпке, он был удивительно неинтересен, говорил скучно и устало.
А тут еще и скверный анекдот вокруг ущелья. Зачем-то всю страну заставляют из месяца в месяц выслушивать жалобные известия о пацанах-водолазах, которые с риском для жизни ищут в затопленных подземельях останки актера. Чисто пацанский итог.
