Сергей Шаргунов Что не звучало?
При оценках недавнего южного кошмара присутствовала только одна розово-мыльная версия. Уж извините, трафарет скудоумия. Эту версию Буш, дергая физией героя комикса, озвучил: "исчадия ада", "агнцы" и т.д. Эту версию озвучивает Дм. Быков: все такие нехорошие, а самыми достойными были... кто?.. как кто?.. четыре буквы! Правильно: дети┘
Угадай мелодию! Невыносимая легкость напева┘
А для меня, хотя бы на уровне интуиции, "гуманистические перекосы" равны людоедству. Есть ощущение косматой космической ночи, краткости всякого невосполнимого человека, и пока слепили голубым огоньком телевизионные картинки, тысячи людей корчились, испуская дух от рака. И десятки достославных деятелей: Саманта Смит, Щекочихин, священник Мень и прочие - уже не могли присовокупить голоса к общему хору┘ Не могли. Их имена уже не в газетах и книгах, а на камне.
"Поплачь о нем, пока он живой", - поет одна дурная группа, пошло, но метко заглушая праздных, слишком живых песняров с их митингами в интернетовском "живом журнале"┘
Собственно, никакая правда смертная не исчерпывает многозначности бытия и истории. И никто не зовет вас вслед за Владимиром Маяковским, обрито-носатым ваххабитом, любить смотреть, как ...угадай мелодию┘ Однако в начале XX века творческие круги в России, где бомбы рвались направо-налево, были как-то экзистенциально трезвее, чем нынешние суетливые интеллектуалы, облученные лучом телевизора.
Во избежание перекосов дадим слово Алексею Цветкову, человеку радикальному. "Есть упоение в бою и бездны мрачной на краю", - вспоминается смуглый дуэлянт в папахе кудрей.
И вспоминается молитва. "Даждь ми память смертную", а далее верующий добавляет: "и умиление". Умиление - это отчаянный порыв наперекор косности масс. Это ножницы, кромсающие трафарет. Это атака одиночки.
Прислушайтесь. Из века в век кричит толпа: "Кровь его на нас и на детях наших!" Толпа заквашена на доходах и потомстве. Толпа умоляет В.В. Пилата утвердить смертную казнь опасному смутьяну┘ И именно толпа, мнимо побеждая "распад государства", накликает гибель на свою коллективную голову. Обывательская логика никогда не служит долгосрочному сбережению пространств. Пришел Тит и перепахал Иерусалим.
Сказанное - лишь один из фрагментов тяжелой картины, но фрагмент важный.
