Фиест Чтобы подчеркнуть единство исполнителя и роли, Владимир Мединский предложил поставить памятник Тихонову в образе Штирлица. То есть в униформе СС и со знаками различия. Поговаривают, что так министр культуры хочет привлечь внимание не только россиян, но и иностранцев. А еще восславить отечественную актерскую школу. Все правильно: театр начинается с вешалки, поэтому из всех искусств для нас главным является кино. Остановитесь, семнадцать мгновений, – вы прекрасны! Только важно, чтобы иностранцы Тихонову-Исаеву-Штирлицу честь не отдавали. И не кричали: «Наши в городе». Это попахивает переписыванием истории. Но это нетрудно запретить. Вместе со сказками Салтыкова-Щедрина.
А как иначе? Такова актерская судьба. Хотя можно, конечно, накинуть памятнику поверх эсэсовского мундира телогрейку из фильма «Дело было в Пенькове», прицепить эполеты Андрея Балконского и всучить учительскую указку героя картины «Доживем до понедельника»…
Но при таком раскладе гораздо удобнее будет Юрий Визбор. Он ведь еще турист и бард. Его можно прямо в мундире Бормана оснастить гитарою и посадить в байдарку. А внизу написать «Визборману от Министерства культуры». И никакого «солнышка лесного»!
А рядом хорошо бы поставить памятник Георгию Милляру в виде Бабы-яги и Евгению Леонову – в виде Винни-Пуха. И это радует.
