Фиест Вот что радует. Дума города Томска предлагает депутату Степану Руденко по собственному желанию отказаться от своего мандата, а он мандат не отдает. Потому что – не за что! Потому что за патриотизм поощрять надо, а не мандата лишать. Премию ему бы выписать. Или хотя бы рюмку налить. Он бы, пожалуй, не отказался.
О чем это я, как любит вопрошать Алкей после премии. Да и после рюмки тоже. А о том, что депутат Руденко отдыхал с друзьями в баре. Заказали напитки, заказали баяниста. И вот в разгар отдыха депутат заметил японскую делегацию, приехавшую на саммит азиатских городов. Ну и, конечно, звуки баяна пробудили в депутатской душе приступ патриотических чувств. Он подсел к японцам и завязал беседу на ломаном английском. Разговор сводился к лозунгу «Курилы – наши острова», а потом что-то по поводу санкций, которые ввела Япония против России. Это единственное, что удалось разобрать из речи общительного депутата. Но и этого хватило, чтобы японцы обиделись и ушли из бара недокушав.
И вот за это у Степана Руденко теперь хотят забрать мандат. Хотят-то хотят, да только не могут – регламент томской Думы не предполагает такой процедуры. Нужно, чтобы он сам отказался. А он отказываться отказывается. Ну, сказал «Курил наш». Имел право – баяном навеяло. А мог бы спеть из Высоцкого: «Козе – баян, попу – гармонь, икону – папуасу!» Вот на обращение «папуасы» японцы вправе обидеться. А тут не на что. Мог бы вообще послать лечиться духовным мордовским воздухом от гомосексуализма. Пусть же иностранцы почувствуют силу нашего патриотизма! Вот Алкей, к примеру, вчера так праздновал, так праздновал, что даже палец дверью шкафа прищемил. До крови! Ни японцам, ни французам такой патриотизм и не снился. А у нас в каждом баре и в каждом шкафу. И это радует.
Андрей Мельников 