Фиест Вот что радует. Современные дети из всех профессий мечтают получать те, что поближе к людям. К примеру, космонавтом быть не хочет никто. А чего в этом хорошего? Вот Икар, наш приятель, мечтал стать космонавтом… И чем все это кончилось? Ну, конечно, есть некоторые, кто хочет стать не просто космонавтом, а сразу космонавтом-туристом. Или не сразу, а после того, как купит пару футбольных команд и немного средневековых замков. Есть некоторая категория мальчиков, которые хотят стать женщиной-космонавтом. Но со временем они соглашаются отбросить вторую часть этого словесного образования.
Одну девочку попросили нарисовать, кем она хочет стать. А она растерялась: «Я не знаю, что рисовать, – я замуж хочу». Так и сказала. Хорошо хоть не нарисовала. И приобрела ту профессию, представительниц которой сейчас нечасто рисуют, но зато про них часто поют песни в ресторанах и снимают кино.
Были времена, когда большинство мальчиков хотели стать бандитами. Это было престижно и выгодно. А те, кого не брали в бандиты, шли в милицию. Это было не престижно, но выгодно. Потому милицию переименовали в полицию. Для престижа. Потом престижно было быть юристом и экономистом. Тогда бандитом стало быть хоть и престижно, но невыгодно. Юристам нужно было кого-то сажать, а экономисты воровали больше, а срока получали меньше.
И вот теперь быть полицейским почти так же престижно, как быть гонщиком или футболистом. Об этом можно судить по сочинениям школьников Екатеринбурга. Большинство из них, похоже, хочет работать в МВД или в гостинично-ресторанном бизнесе. Ну и, конечно, футболистами и гонщиками. А один мальчик написал, что хочет работать в ФМС, чтобы «депортировать людей». В общем, многие сейчас хотят быть чиновниками – Минтруда, МВД, ФМС… Ведь кто может быть ближе к народу, чем чиновник? Никто. И это радует.
