Фиест Вот что радует. Россия – родина слонов. Но однажды слон обвалялся в муке, посмотрел на себя в зеркало и сказал: «Ничего ж себе пельмень!» С тех пор Россия стала еще и родиной пельменей.
Пельмень – это наука. Говорят, один научно-исследовательский институт получил государственный грант на исследование того, что чебурек – это большой жареный пельмень, а пельмень – это маленький вареный чебурек. И этот факт убедительно доказывает крепость духовных скреп между народами.
Пельмень – это поэзия, это искусство. Поэт и художник-концептуалист в одном лице выставил гигантский пельмень из мяса тюленя. И написал на нем: «Воскресный день, готовить лень, один тюлень – один пельмень». И этот факт убедительно доказывает крепость духовных скреп между социальными группами.
Перед пельменем все равны. И представители элиты, и креаклы. И уральские рабочие, и бандерблогеры. Пельмень слепляет наши духовные скрепы. Или скрепляет наши духовные слепы. О, пельмень, мы – мир! Так сказал Тиртей. Вообще-то говорят: «О, спорт, ты – мир». Так его поправил Фалет. Правда, получил тут же по шее. Но Алкей, как истинный древнегреческий философ, их примирил. Не с помощью духовных скреп, а с помощью силлогизма: о, пельмень, ты – спорт!
Да-да. Пельмень еще и спорт. Говорят, в Бийске может появиться федерация спортивного пельменинга, она будет проводить командные соревнования по ручной лепке пельменей. Что там ваш футбол. Если футболисты снова проиграют – всех в Бийск лепить пельмени. Пусть себя в лепке покажут. Тут и скорость, и тактика. И почет, и импортозамещение. Продукты-то все родные.
А то, понимаешь, сделали кёрлинг олимпийским видом спорта… Даешь пельменинг на зимней Олимпиаде! И духовные слепы усилят духовные скрепы. И это радует.
