Фиест Вот что радует. Результаты Октябрьской революции 1917 года и без того наглядны и неоспоримы, а теперь их могут запретить оспаривать еще и в уголовном порядке. Соответствующий законопроект внес в Государственную думу депутат Валерий Рашкин. Так и сформулировал: оспаривание результатов революции 1917 года. Если кто-то оспорит результаты революции устно, то с него брать штраф 300 тысяч рублей или до трех лет лишения свободы, а если оспорит с помощью СМИ – 500 тысяч или пять лет.
Ну, например, если кто-то скажет, что, мол, царскую семью не расстреливали, а они все сами поумирали, – три года. А если это кто-то напишет в СМИ – все пять. Или если кто-то скажет, что не было коллективизации, – такая же история. И если кто-то вдруг скажет, что крестьяне сами собрались вместе, а спустя семьдесят с лишним лет сами себя обанкротили и разъехались по городам работать охранниками и проститутками, того нужно судить праведным судом.
И правильно. Все было не так. А то какие-нибудь бандерблогеры могут договориться до того, что все семьдесят с лишним лет на парады ходили не с красными знаменами, а, скажем, с триколорами. А на плакатах несли не портреты членов Политбюро, а постеры с изображениями поп-звезд и телеведущих. И нападкам подвергались не писатели-диссиденты Солженицын и Синявский с Даниэлем, а все те же звезды эстрады, у которых иностранные прихвостни Госдепа вымогали деньги якобы за нарушение авторских прав.
Эдак можно договориться и до того, что церквей не разрушали. Вон, мол, храм Христа Спасителя стоит целехонек, как 100 лет назад. А кто-то может даже усомниться в том, что отряд не заметил потери бойца и «Яблочко»-песню допел до конца… А до конца допел песню про жестокую любовь. И это радует.
Дарья Гармоненко