Иван Родин
Фото с сайта "Общероссийский народный фронт"
На прошедшей неделе не остался незамеченным Форум действий Общероссийского народного фронта, в котором принял участие Владимир Путин. Фронтовики, похоже, окончательно закрепили за собой статус президентских контролеров. И если раньше речь шла в основном о майских указах главы государства, то теперь ОНФ взял на себя роль некоего регистратора любых действий власти по выполнению всех путинских распоряжений.
На Форуме действий в присутствии своего лидера активисты считали возможным поднимать даже самые мелкие темы. Реакция правительства была показательной – от вице-премьера Ольги Голодец последовал, по сути, покаянный ответ на вопрос, почему же не закупаются российские измерители сахара в крови. Последовали ее обещания разобраться в проблеме немедленно и по готовности доложить президенту.
Понятно, что в такой ситуации трудно говорить о реальности оперативного использования фронта на текущих выборах. То есть очевидно, что ни в региональных кампаниях, ни даже в думской 2016 года ОНФ участвовать не будет. Зато выборы президента в 2018 году, если Путин в них участие все же примет, выглядят логичным местом приложения наработанного к тому времени потенциала Народного фронта. Ведь это будет уже не политтехнологическая придумка вроде движения «За Путина!», а солидная структура народной поддержки кандидата, надпартийная политическая сила, объединяющая сторонников Путина из недр гражданского общества.
А вот еще одну – негативную – сторону нынешней истории серьезного усиления ОНФ в официальных комментариях, естественно, никто не поднимал. Хотя предпочтение президента опираться именно на народ, организованный в некий фронт, означает не что иное, как его разочарование в вертикали исполнительной власти, которую он упорно строил всю первую половину своего правления. Заменять ее или хотя бы даже реконструировать Путин, конечно, не станет – это не в его правилах, он лучше создаст конкурирующую вертикаль.
Тем более что именно ОНФ может стать местом, откуда будет сказано решительное «нет» экстремистам всех мастей. О необходимости такого гласа народа президент заявил на расширенном заседании Совета безопасности РФ, потому что, уверен он, без него никаких усилий правоохранительных органов не хватит. Экстремизмом в правоприменительной практике России считается все, что направлено против власти или хотя бы ей не нравится. Поэтому нашей оппозиции в путинской речи на Совбезе было сделано предупреждение: надо отказаться от «антинародного мышления», то есть перестать работать на сценарии оранжевых революций, а иначе против нее будут допустимы методы, которые используются против настоящих врагов государства.
Напомним, что таковыми – если посмотреть на применяемые против них меры – сейчас уже являются НКО, которые занимаются политической деятельностью на зарубежные деньги. То есть считаются иностранными агентами – по закону. На прошлой неделе Владимир Путин в разговоре с омбудсменом Эллой Памфиловой вроде бы признал необходимость создания механизмов по удалению из спецреестра НКО, которые перестали брать деньги у заграницы. И тут выяснилось, что Минюст намеренно составил такие правила попадания в этот список, которые не предполагают из него свободного выхода. Способ перестать считаться иноагентом ныне есть только один – ликвидировать собственную НКО и попытаться зарегистрироваться заново.
