Владимир Катин ВСТРЕЧА руководителей стран - членов Европейского союза в Ницце явилась заключительным аккордом председательства Франции в этом полугодии.
Без проблем и дискуссий, как и ожидалось, была принята Европейская хартия основополагающих прав. Правда, изначально французская сторона хотела сделать принятие хартии чуть ли не главным событием, намереваясь придать самой церемонии подписания особое значение и торжественность. Но англичане и датчане потребовали приглушить излишний, на их взгляд, мажор и не делать из этого сенсацию, поскольку в тексте документа нет ничего такого, чего бы не было записано в национальных конституциях и законах каждой страны-участницы. Кроме того, хартия не имеет обязательной юридической силы для государств, составляющих Евросоюз.
Другой документ, над которым долго и упорно работали эксперты, - это заявление о коллективной обороне Европы. Однако и в нем, увы, нет абсолютно ничего нового - участники лишь подтвердили свое намерение продолжать создавать Контингент объединенных сил быстрого реагирования в количестве 60 тысяч солдат. В первоначальном варианте документ был более впечатляющим, но перед его принятием путем голосования по тексту прошлась рука премьер-министра Великобритании Тони Блэра, который напрочь вычеркнул имевшийся там весьма отдаленный, завуалированный намек на некоторую возможную в будущем независимость европейских сил быстрого реагирования от НАТО. Надо сказать, что американцы в лице министра по обороне Вильяма Коева в последние дни перед встречей в Ницце отчаянно давили на европейских руководителей, с тем чтобы и речи не было о "какой-то там независимости". В конечном счете Жак Ширак стал публично открещиваться даже от самого термина "независимость", произнеся хвалебный панегирик в адрес Североатлантического союза: "НАТО остается нашей основой коллективной обороны и наилучшим гарантом безопасности!" Фактически Великобритания сначала проголосовала за создание вооруженных сил, а затем воспользовалась правом вето и свела компетенцию будущих европейских объединенных сил к гуманитарным функциям.
Пожалуй, самой трудной проблемой для лидеров Европы было урегулирование вопроса о внутренней структуре Евросоюза в связи с предстоящим его расширением до 27-30 участников. Партнеры в принципе согласились начать поэтапно принимать новых членов уже с 2002 года, но не всех сразу, а по мере готовности каждого восточноевропейского кандидата соответствовать нормам и требованиям их организаций. Так что процедура приема растянется на несколько лет. Но возникла проблема представительства: если сохранить прежний принцип, когда крупные страны имеют двух-трех комиссаров в Комиссии ЕС, а малые - по одному, при расширении союза получится их явный перебор. Решено для начала иметь по одному комиссару от каждой страны независимо от ее габаритов, а затем установить общее число комиссаров - 20, с тем чтобы страны-участницы могли быть представлены в Комиссии ЕС поочередно.
Люксембург
