Владимир Скосырев
Две общины на Кипре по-прежнему разделены колючей проволокой. Фото Reuters
Сегодня в Женеве должно было состояться заседание рабочей группы по Кипру. В нем предполагалось участие представителей греческой и турецкой общин, которым предстоит подготовить условия для переговоров двух сторон, а также гарантов – Греции, Турции и Британии – о воссоединении острова. Предыдущая такая встреча с участием генсека ООН, состоявшаяся 13 января, по существу, провалилась. Главной помехой стали разногласия между Афинами и Анкарой по поводу пребывания турецких войск на севере разделенного острова. В то же время американские СМИ не удержались от распространения фейков по адресу России.
Формальный раскол Кипра произошел в 1974 году. Тогда на остров вторглась Турция в ответ на вдохновленный Грецией переворот, который ставил целью энозис (объединение острова с Грецией). С тех пор на юге Кипра существует Республика Кипр, населенная греками-киприотами. Она является членом ООН и Евросоюза. А на севере находится Турецкая республика Северного Кипра, признанная только Турцией.
Попытки воссоединить Кипр предпринимались неоднократно, но кончались неудачей. Самой заметной вехой стал 2004 год. Тогда план бывшего генерального секретаря ООН Кофи Аннана был поддержан голосами турок-киприотов, но отвергнут тремя четвертями греков-киприотов. Но с 2015 года лидеры двух общин вновь стали предпринимать усилия, чтобы найти свежий вариант соглашения, который был бы приемлем для избирателей.
Конституционной моделью для объединенного государства, как отмечает еженедельник Economist, стала федерация двух зон и двух общин, основанная на децентрализации и разделе полномочий в центре. Недавние переговоры касались нескольких спорных моментов, включая порядок управления и компенсации грекам-киприотам, которые бежали с севера в 1974 году. Но самым трудным вопросом стало обеспечение безопасности. Согласно Конституции республики 1960 года, Греция, Турция и Британия имеют право на военную интервенцию, если целостность Кипра окажется под угрозой. Это и стало оправданием для турецкого вторжения.
Греки-киприоты хотят отменить эти положения Конституции, доказывая, что безопасность гарантируется членством в ЕС (хотя этот пункт документа о присоединении к ЕС относится только к югу). Однако турки-киприоты, не забывшие о межобщинной вражде, охватившей остров в 1960-х и 1970-х годах, не желают отказываться от защиты турецких войск.
Это и стало причиной неудачи переговоров в минувшую пятницу. Как передал новостной канал Al-Jazeera, министр иностранных дел Греции Никос Котзиас сказал: «Конца разделу острова не будет, пока 30 тыс. турецких оккупационных войск там остаются». Но президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган заявил, что вывод войск не обсуждается. Турция останется гарантом Кипра даже, если будет достигнуто согласие о воссоединении.
Недоверие сторон сохраняется, отсюда и тернии на пути к решению. Однако американское издание Politico написало, что препятствует объединению Кипра Россия. Причем сослалась на источник, близкий к президенту Кипра. Греческие киприоты, согласно этой версии, боятся, что Москва использует социальные и массовые медиа, мелкие националистические партии и Кипрскую православную церковь, чтобы подорвать переговоры о воссоединении. В таком же ключе выдержана статья комментатора агентства Bloomberg.
Кипрской темы кратко коснулся на своей пресс-конференции министр иностранных дел Сергей Лавров. Отвечая на вопрос, почему Россия отстранена от переговоров, он сказал, что в обсуждении должны участвовать не две-три страны, а Совет Безопасности ООН.
Более подробную информацию о российской политике в отношении Кипра дал постоянный представитель РФ при ЕС Владимир Чижов. Он назвал попытки возложить вину за неудачу переговоров как несправедливые и вводящие в заблуждение. Чижов отметил, что имел дело с проблемой Кипра на протяжении более 40 лет. Он заявил: «Моя страна в различных ее исторических воплощениях поддерживала справедливое и прочное урегулирование кипрской проблемы на основе соответствующих резолюций Совбеза ООН и соглашений на высоком уровне 1977 и 1979 годов, то есть решение, которое отвечало бы интересам всех киприотов... Мы всегда настаивали, что оба сообщества должны получить возможность без вмешательства извне или искусственных сроков принимать решение о будущем их страны».
