Ровно через неделю, 30 мая, на Общем собрании Российской академии наук, на очередной пятилетний срок будет выбран новый президент РАН. Претендентов трое, но самые высокие шансы – у действующего президента, академика Юрия Осипова. И хотя интрига все-таки присутствует, события, происходящие в академическом сообществе, остальной стране интересны не этим.
Судя по всему, начинается реализация широкомасштабного проекта, который внятно сформулирован в «Концепции долгосрочного социально-экономического развития Российской Федерации»: «Только реализовав формулу развития «демократия–человек–технологии» и воплотив ее в повседневную практику жизни общества, Россия сможет реализовать свои потенциальные возможности и занять достойное место среди ведущих мировых держав».
Собственно, в такой постановке вопросов нет ничего принципиально нового. Еще Карл Маркс и Фридрих Энгельс пророчествовали: «Производство превратится в технологическое применение науки». Вот с этим-то «превращением» (почти в духе Кафки!) в России что-то не заладилось.
Как это ни банально звучит, бизнесу и государству от науки нужно только одно: инновации, то есть патенты. Все остальное – даже Нобелевские премии – лишь приятное имиджевое дополнение к работе патентного ведомства. («Россия должна занять значимое место на рынках высокотехнологичных товаров (не менее 10%) и интеллектуальных услуг по 4–6 и более крупным позициям», – заявлено в упомянутой «Концепции┘»)
Возможно, это и задевает самолюбие академического руководства, но в задуманной реформе Академии наук отведено отнюдь не главенствующее положение. Для развития национальной инновационной системы России «Концепция┘» предусматривает:
« – увеличение расходов на НИОКР, повышение их эффективности, внедрение новых форм финансирования сектора науки, включая фундаментальную (проектное финансирование, гранты и т.д.)...
– поэтапную реструктуризацию государственного сектора фундаментальной и прикладной науки, включая развитие сети мощных национальных исследовательских институтов и исследовательских университетов;
– формирование отечественной сети центров технологического и научно-технического превосходства».
Конкретные действия в этом направлении уже предпринимаются.
Указ президента РФ о создании первого такого Национального исследовательского центра на базе РНЦ «Курчатовский институт» подписан 30 апреля нынешнего года.
В конце марта было объявлено о создании в Кузбассе первого в России Сибирского научно-исследовательского холдинга «СИБПЛАЗ»: 20 научно-исследовательских центров и технологических предприятий.
В феврале 2008 года холдинг «Базовый элемент» объявил о создании Научно-технического центра (НТЦ «БазЭл-РАН»). Сегодня только одна из компаний группы, UC RUSAL, тратит на исследования и разработки до 100 млн. долл. в год┘
Собственно говоря, и в этом нет ничего нового. Мало кто знает, что если в СССР на академический сектор приходилось 10–12% всех затрат на науку, то сегодня – более 30%. Государство поняло, вернее, на собственной шкуре почувствовало: чтобы говорить с научным сообществом, – имея в виду как стратегическую цель «инновационное лидерство России в мире на основе передовых научно-исследовательских разработок, высоких технологий и образовательных услуг», – одного собеседника в лице РАН мало. И оно, государство, стремится - по крайней мере, декларирует - такое стремление создать новые субъекты научной деятельности.
Ольга Соловьева 
Дарья Гармоненко 