0
1596
Газета Проза, периодика Печатная версия

08.10.2009

Чудо признания

Тэги: пушкин, лоуэнфельд, переводчик


пушкин, лоуэнфельд, переводчик

Мой талисман. Избранная лирика А.С.Пушкина. Двуязычное издание с рисунками поэта/ Перевод, комментарии и биография Пушкина Джулиана Генри Лоуэнфельда.– СПб.: Пушкинский фонд, 2009. – 744 с.

Если американец берется за какое-нибудь серьезное дело, то вслед за Пастернаком он может сказать: «Во всем мне хочется дойти до самой сути:/ В работе, в поисках пути, в сердечной смуте...»

Дастин Хоффман проводит месяцы в психушке, постигая жизнь «человека дождя», Джек Николсон приказывает на съемках разрезать себе нос, чтобы по-настоящему ощутить адскую боль и зафиксировать ее в кадре, Шарлиз Терон превращается из красавицы в «монстра», чтобы защитить своей ролью на экране жизнь тех, кому не так повезло, как ей, и кто оказался на обочине общества. Это не капризы звезд – так живут все или почти все американцы, уж если за что-то берутся, во всем идут до конца.

А если представить, что так вот совпало: один американский парень родился почти в один день с Александром Сергеевичем Пушкиным? Как вы думаете, какая судьба ждет этого счастливца? Правильно! Это значит, что родившийся 7 июня американский парень, во-первых, гений, во-вторых, поэт, в-третьих, журналист, в-четвертых, драматург, в-пятых...

А вот то, что «в-пятых», удивит даже скептиков.

Знакомьтесь! Джулиан Генри Лоунфельд. Человек, который не только выучил русский язык, влюбившись в него, не только говорит на нем без какого-то акцента, но и является таким выдающимся переводчиком русской поэзии и литературы, что здесь можно воскликнуть – Автор всегда равен Переводчику! Переводчик послан Всевышним для того, чтобы донести величие и глубину русской литературы и поэзии до слуха простых людей во всем мире, раз уж весь мир говорит на английском.

Джулиан – пушкинист. Он может говорить о любимом поэте часами. Эх, были бы сейчас живы Тынянов, Лотман и Эйдельман – с каким упоением они засели бы с Джулианом за круглый стол, и диспут их длился бы вечно. Диспут о Любви к Царскосельскому Гению.


Русская литература очаровывает даже американцев...
Луис Рикардо Фалеро. Чаровница. 1878

При этом Джулиан с американской деловитостью может днем вести какие-то сложные адвокатские дела на Манхэттене, он может судить и защищать, и выигрывать дело за делом, вооружившись уважаемым званием ведущего нью-йоркского адвоката. Но вот проходит рабочее время, и Джулиан становится самим собой. Гением. Поэтом. Переводчиком. Автором. Человеком мира и Человеком, утверждающим мир. Потому что его миссия – именно мир на земле, мир, который достигается только культурным взаимообменом, взаимопониманием, любовью к ценностям, созданным человеческой Душой, Умом, Сердцем.

И если американцы теперь открывают красиво изданную самим Джулианом книгу неизвестного для них русского поэта Пушкина, то они с первых же строк перевода влюбляются в царскосельского бунтаря и с упоением читают. И не только Пушкина, но и всех самых выдающихся российских поэтов и писателей переводит Джулиан!

Его ведет за собой великий скиталец с пламенным сердцем, Михаил Юрьевич Лермонтов. Его тончайшей поэтической интуиции подвластны сложный футуристический слог и ироничный излом Маяковского. Его душа откликается на боль великого трагического поэта Есенина. Его волнует судьба неизвестной русской девушки, которая решилась на страшный подвиг, и жизнь ее все еще трепещет в строках великого Тургенева. Он страждет вместе с Цветаевой. Он болеет вместе с Мандельштамом.

Сегодня, в самом начале XXI века, Джулиан Лоуэнфельд перевел ритм в ритм всего «Евгения Онегина» и «Маленькие трагедии» Пушкина!

Сегодня, в самом начале XXI века, Джулиан Лоуэнфельд впервые в истории американского театра осуществит постановку «Каменного гостя», «Пира во время чумы» и других гениальных пушкинских предупреждений человечеству в Арт-центре Михаила Барышникова – еще одного русского гения. Впервые в Нью-Йорке собралась труппа замечательных американских актеров, готовых пойти за Пушкиным и Лоуэнфельдом.

Это значит, что Мысль и Чувство, заложенные царскосельским гением и донесенные до слуха американцев гением из Нью-Йорка, достучатся до сердец самих актеров и – американских зрителей. Чудо непременно произойдет – чудо открытия! Чудо узнавания! Чудо признания! Признания американцами Пушкина. Признание россиянами Джулиана Лоуэнфельда. Мало кому в наше время суждено ТАК любить Россию, как мистеру Лоуэнфельду. Будет преступлением не ответить ему взаимностью.


Оставлять комментарии могут только авторизованные пользователи.

Вам необходимо Войти или Зарегистрироваться

комментарии(0)


Вы можете оставить комментарии.


Комментарии отключены - материал старше 3 дней

Читайте также


Спешите, кошки, на чердак

Спешите, кошки, на чердак

Марианна Власова

Саша Черный и Маяковский в «Гоголь-центре»

0
402
Зло в одеждах невинности

Зло в одеждах невинности

Ольга Рычкова

105 лет со дня рождения лауреата Нобелевской премии по литературе Альбера Камю и 85 лет со дня вручения этой награды Ивану Бунину

0
2884
Обойденный чинами

Обойденный чинами

Андрей Кротков

Как незаконнорожденный иностранец Фёт стал русским поэтом Фетом

0
1045
Риск, философия и много секса

Риск, философия и много секса

Марина Полунина

Денис Драгунский о шахматных правилах сюжета, для которого опасны боги и драконы

0
2475

Другие новости

Загрузка...
24smi.org