Рай и сифилис

Смотрим на Таити, видим – Италию. При работе над своей экзотической картиной Поль Гоген был, очевидно, вдохновлен знаменитой 'Весной' Сандро Боттичелли. Поль Гоген. 'Приятный день' (Наве наве махана), 1896. Из собрания Музея изобразительных искусств (Лион

Гоген был типичным фриком. Похуже Кулика. Безработный психопат с богемными замашками, который уехал неведомо куда и непонятно зачем. Но это экзотическое путешествие стало одной из основ современного мифа - не столько о Гогене, сколько о "художнике" вообще. Художнике - как страннике, лишенном приюта. Этот кочевник открывает новые пространства на своем бесконечном пути в неведомое.

Гоген - предтеча авангарда. Поэтому так и дорог он сердцу нынешнего толстосума. Французские коммерсанты позапрошлого века еще не были приучены ценить радикальное искусство, а потому Гоген их нимало не интересовал.

Лучший Гоген - в России и в Штатах. Это любой историк искусства узнает с пеленок. И правда: галлы упустили Гогена. Самые значимые работы Гогена хранятся за рубежами Франции. В том числе - в Москве и Петербурге, в Эрмитаже и Пушкинском музее, откуда несколько картин прибыли временно в Париж. Но ни Москве, ни Петербургу такой выставки не видать, увы, никогда...

Экспозиция "Гоген - Таити" поражает своим размахом. Возможно, это посмертная месть французских музейщиков Гогену. Потому что она блестяще разоблачает миф о "новаторе". Потому что самым интересным на выставке выглядит даже не уникальная подборка его картин и рельефов, а ценнейшая коллекция фотографий, которыми он пользовался для своей работы. Среди них - и снимки таитянских красоток, и картинки, переснятые с разного рода произведений искусства. Так что выставка позволяет буквально сравнить произведения Гогена с их фотообразцами.

Видит Гоген на фотографии Георга Шпитца пышнотелую таитянку, лениво рассевшуюся в колониальном кресле-качалке. А рисует загадочную девушку с лицом, полным затаенной хандры и слегка вытянутым в духе английских прерафаэлитов, и называет свою картину "Ворчунья" ("Те фаатурума", 1891). Среди источников вдохновения Гогена все, что угодно - от фризов Парфенона до скульптур Боробудур. Новизна в соединении частей старого новым способом. В преломлении этих многочисленных источников в больном сознании художника.

Гоген жил на Таити. Но увидел - совсем не Таити. Он увидел там Рим, Грецию, даже остров Ява - все, что могло только проглотить сознание читателя журнала "Вокруг света". И потому его картины так привлекательны для потомков: собирательный образ заморской "экзотики" на самом деле собран из давно уже знакомых фрагментов древности и современности - от фризов Парфенона до картинок из "Всемирной иллюстрации".

На выставке полно знаменитых картин. Из Художественного института (Чикаго), к примеру, или Национальной галереи (Вашингтон). И еще больше малоизвестных работ - вплоть до какого-нибудь деревянного рельефа из Глиптотеки Ни Карлсберга (Копенгаген) и фотографий из коллекции Министерства культуры Таити. Самое трогательное, что именно это министерство сохранило для нас лучшую часть фотоколлекции Гогена.

Париж-Москва