Виктория Панфилова
Замглавы МИД Украины Александр Мищенко заявил о намерении Киева создать формат «Центральная Азия – Украина».
Фото с сайта www.mfa.gov.ua
«Центральная Азия – единый регион и приоритет для Киева»: Украина планирует полномасштабное возвращение в экономическую и политическую повестку стран «пятерки». Замминистра иностранных дел Украины Александр Мищенко начал свое турне по странам региона, посетив Казахстан и Узбекистан, где официально подтвердил курс на готовность Украины присоединиться к многосторонним проектам в рамках формата «С5+1» (ЦА + Украина), используя свой статус стратегического партнера ведущих мировых держав для реализации общих проектов в регионе.
Для реализации обновленной стратегии в украинском МИД создано профильное подразделение, которое сосредоточится исключительно на центральноазиатском направлении. Новая структура призвана перевести сотрудничество со странами региона на системные рельсы.
Параллельно Киев пересматривает кадровую политику дипломатических миссий, делая ставку на глубокую экспертизу и постоянное присутствие.
О переходе от «точечных» контактов к масштабной стратегии заявил заместитель министра иностранных дел Украины Александр Мищенко по итогам своего визита в Астану и Ташкент. В поездке его сопровождал специальный представитель МИД по связям с регионом, посол в Казахстане Виктор Майко.
К слову, с июля 2025 года пост посла Украины в Узбекистане остается вакантным. По словам Мищенко, кандидатура подбирается «серьезно и тщательно», а решение сейчас находится на уровне министра иностранных дел и президента Украины.
Главным итогом переговоров украинского дипломата стала констатация общности взглядов: позиции Киева, Астаны и Ташкента в вопросах соблюдения международного права демонстрируют высокую степень консенсуса. Однако ключевое изменение кроется в новой стратегии украинской политики: теперь Центральная Азия воспринимается Киевом не как совокупность отдельных государств, а как единый политико-экономический блок.
По словам Мищенко, Киев видит в реформах и динамичном экономическом росте Казахстана и Узбекистана окно возможностей для долгосрочного присутствия. Расчет прост: зайти в регион на этапе его трансформации и закрепиться на десятилетия вперед.
Амбиции Украины выходят за рамки двусторонних связей. Украина намерена активно интегрироваться в уже существующую архитектуру многостороннего взаимодействия, включая формат «С5+1», в котором происходит партнерство государств региона с ключевыми игроками. Украина рассчитывает стать частью этой системы, используя свои тесные партнерские связи с международными акторами – от Вашингтона до Баку. Стратегическая цель, согласно заявлениям Мищенко, «встроиться в региональные процессы как дополнительный, конструктивный участник, способный принести добавленную стоимость в проекты безопасности и экономического развития».
Однако реализация новых амбиций Киева сталкивается с суровой рыночной реальностью. Из-за боевых действий торгово-экономические связи демонстрируют спад: по итогам 2025 года товарооборот с Казахстаном составил 415 млн долл., с Узбекистаном – 300 млн.
Впрочем, по оценке посла Украины в РК Виктора Майко, потенциал партнерства с одной лишь Астаной, если бы не СВО, мог бы достигать 10 млрд долл., о чем он заявил в интервью изданию The Times of Central Asia.
Ключевой точкой роста Киев видит энергетику. Украина предлагает Казахстану участие в модернизации своих НПЗ для переработки нефти с целью внутреннего потребления и экспорта в ЕС (где доля РК уже достигла 11,5%). Стратегическое условие – выстраивание маршрутов в обход России.
Еще одним перспективным вектором Майко назвал совместную разработку минеральных ресурсов Казахстана, где Украина готова применить свою мощную научную базу.
На встрече в Астане Александра Мищенко с вице-премьером РК Сериком Жумангариным акцент был сделан на агропромышленном комплексе. Многолетнее сотрудничество в молочном животноводстве и поставках племенного скота остается фундаментом взаимодействия. Итогом переговоров стала договоренность о возобновлении работы Межгосударственной комиссии по торгово-экономическому сотрудничеству – инструмента, призванного вернуть динамику двусторонним отношениям.
Александр Мищенко также принял участие в состоявшемся украинско-казахстанском бизнес-форуме. Представители 12 ведущих украинских компаний за март успели посетить Астану, Караганду, Павлодар и Кокшетау, где обзавелись связями с казахстанскими промышленниками.
В Ташкенте переговоры состоялись в МИД Узбекистана с первым заместителем министра иностранных дел Узбекистана Бахромжоном Алоевым. Стороны обсудили текущее состояние и перспективы двусторонних отношений, закрепив ключевой дипломатический вектор: безусловную поддержку территориальной целостности и суверенитета Украины. Как отметили в украинском МИД, именно приверженность этим принципам остается фундаментом для взаимодействия с международными партнерами.
Важным практическим итогом встречи стало подтверждение дальнейшей гуманитарной поддержки. Узбекистан продолжит программу оздоровления украинских детей, которая действует с 2023 года. За это время республика приняла сотни ребят из регионов, наиболее пострадавших от боевых действий, – Харькова, Херсона, Николаева, Запорожья, Сум, а также Хмельницкого, Львова и Киева. «Мы глубоко признательны всем, кто поддерживает Украину в это сложное время», – подчеркнул замминистра по завершении визита.
Заведующий сектором Центральной Азии ИМЭМО РАН Станислав Притчин рассматривает дипломатическую активность Киева как стремление расширить круг поддержки и создать политические «надстройки», демонстрирующие отсутствие изоляции Украины на постсоветском пространстве. «Выбор Казахстана и Узбекистана в качестве приоритетных партнеров не случаен: обе страны находятся в фазе динамичного сближения с США. Украина, по мнению эксперта, пытается встроиться в этот тренд нормализации и углубления отношений региона с Вашингтоном», – сказал «НГ» Притчин.
Однако жизнеспособность формата «Центральная Азия – Украина» у эксперта вызывает серьезные сомнения. «Для создания устойчивого альянса необходимы веские предпосылки, которыми обладают лишь крупные игроки. Если Япония предлагает региону технологии и инвестиции, США – политический протекционизм, а Китай – масштабную экономическую повестку, то вопрос о том, что может предложить Украина, остается открытым. Кроме того, достижение регионального консенсуса маловероятно: Киргизия, Таджикистан и Туркменистан вряд ли поддержат подобную инициативу. В конечном итоге это выглядит как «прощупывание почвы» и попытка имитации широкого партнерства, учитывая, что даже до 2022 года товарооборот Украины с регионом носил весьма ограниченный характер», – отметил Притчин.
