Сердце писательское черство

Это поздневесеннего рая предчувствие... Фото Евгения Никитина

* * *

Весна, ну ты активнее

Вступай в свои права.

И соль с песком противную

Сметут на раз, на два.

Чего-нибудь распустится

На ожерельях клумб.

И бабочка-капустница

Проводит зимний круп.

По Малодетскосельскому

В обеденный пройдусь

И к лавашу простецкому

В пекарне прикоснусь.

Стекло библиотечное

Преломит первый жар.

С улыбками беспечными

Зарулит в лето шар.

* * *

Когда уже кончится

Эта зима...

Кудахчет и корчится

Эта зима,

Гриппозная серая кляча.

В течение суток

То минус, то плюс,

Все время боюсь –

Не дойду, поскользнусь

И время на глупости трачу.

Афиши, рекламы,

Цитаты Дюма...

И снова унылая эта зима,

И чьи-то с ледянками дети.

Поэты снимают себя в кабаках,

Таращат глаза

И стоят на руках.

Полгода живем в интернете.

Но знаю, что кончится

Эта зима,

Но верю, что кончится

Эта зима,

Сметут соляные барханы.

И лучики высветят

Сквозь лепестки

Зеленые сочные

Счастья ростки,

Котейки споют, хулиганы.

Ростки

Когда сирый и стылый

мартище закончится,

мне по паркам бродить

еще больше захочется,

где цыплячьи форзиции

ярко топорщатся,

и весна птичьей стайкой 

свистит как извозчица.

Отчего сердце бьется

упруго и чувственно...

Это поздневесеннего рая

предчувствие.

Потирая виски,

сплюнув пыль, ветром сдутую,

жадно ищем ростки,

до конца не разутые.

* * *

Скажи, мать сова,

золовке зиме –

пора уходить

навсегда.

Пусть смоет апрель

токсины такси,

умоют дожди

города.

Берлоги квартир,

подлоги погод

вгоняли полгода

в тоску.

Но март-обормот

немного не тот,

сосульку приставил

к виску.

* * *

Свиньи, простите,

Что я вас ем

Вырезки в виде,

Не жаль совсем...

Студень из ваших

Тугих хрящей

Изредка сёрбаю.

Вкус борщей

Как бы вам,

Жирненьким,

Передать...

Нужно поэтому

Убивать

Скот среди смога

И серых льдин...

Свиньи, вас много,

А я один.

Сердце писательское черство –

Очень питательно

Вещество.

* * *

Приходится, приходит на работу,

находятся и пазлики и карты,

и маленькие яркие стрелялки

и покурить с коллегами семь раз.

И бегает всегда в отдел соседний,

там принтер есть, пока еще рабочий,

и на него послал страницы Миша,

и можно с Мишей что-то обсудить.

Глядит в окно на стену по соседству.

И что-то все не капает зарплата,

и слышно – за стеной кричит 

                                                        Сан Саныч,

и машет шваброй Зина под столом.

Приходится идти потом с работы,

а вот сосед сидит на удаленке.

И что-то третий день его не видно,

зато есть ящик пива и футбол.

Санкт-Петербург