Хватайтесь за руки, друзья

Иногда душа просит зрелища. Такого, чтоб дух захватывало. Такого, чтоб не надо было натужно думать, складывать в уме увиденное и - не чувствовать себя при этом распоследним имбецилом. Спектакль "Кайясин" труппы воздушных акробатов "Ле Арсо" не поддается расшифровке на интеллектуальном уровне. Мозги отдыхают. Работает воображение.

Зрелище и вправду изумительное. Говоря о "Ле Арсо", многие припоминают конный театр "Зингаро" - он выступал в прошлом году на том же месте, в Коломенском. Тоже в огромном шатре бродячих комедиантов. "Зингаро" также открещивались от определения себя как цирка. Действительно, лошади, бег по кругу, какая-никакая джигитовка, но помимо всего этого возникало и театральное волшебство. В уличном представлении "Ле Арсо" есть поддержки, полеты, трапеции, гимнастика и нечто, чему не обучают в цирковых училищах. В цирке обычно подозреваешь, чего ждать в следующую минуту: куда побежит лошадь, в какую сторону полетит акробат. В случае "Зингаро" и "Ле Арсо" возможны не только неожиданности, а просто-таки чудеса вроде чуть ли не говорящих белых коней или полета-падения с двадцатиметровой высоты.

Впрочем, подобное падение - тоже ведь цирковой трюк, результат долгой работы. И это - единственная математика в спектакле "Кайясин". Единственный жесткий расчет, который зрителю и неочевиден, и не нужен. Скучно ведь: прийти в цирк, восхититься тем, как ловко прыгают артисты, и уйти ни с чем. "Кайясин" становится зрительским впечатлением от театра, а не от гимнастической ловкости. Тут уже не важно - гимнасты они или инопланетяне, обученные левитации.

Все потому, что "Ле Арсо" заняты прежде сочинением театральных образов, гармонии звука, движения, "красоты в целом". Эдаким потоком театрального сознания. Для европейского театра подобный образ действий можно уже назвать постановочной технологией: images прежде сюжета и внятного повествования. Тогда только возникает загадка, интрига, невозможность дешифровки происходящего на сцене (в нашем случае - на высоте в 20 метров). Возможно, ты ничего не поймешь, зато почувствуешь сильно и верно, в такт с каждым, кто сидит рядом в зале.

В спектакле можно отозваться многим "образам", но разделить и унифицировать их чрезвычайно сложно. Так же как и вылепить связную историю с сюжетом и моралью. Описать словами возможно только лишь собственное впечатление - тратиться на фиксирование "образов" в данном случае представляется занятием особенно глупым. Вот тонкая девушка медленно спускается из-под темного купола в какой-то белой пелене - как будто бы верхом на Млечном Пути. Назвать ее воплощенной красотой, сошедшей в мир, - какая невероятная пошлость! Это просто красиво, и легче согласиться с тем, что случилось необъяснимое театральное волшебство, нежели все понять, усвоить и заключить: ловко прыгают.

А более всего в спектакле "Ле Арсо" удивительны бессчетные поддержки. Воздушные гимнасты так часто хватают друг друга за руки, что невольно возникает ощущение почти вселенского масштаба - не о том, конечно, что все люди братья. А о том, что так вот мы и живем, хватая и держа друг друга. А иначе - лететь нам в пустоту, да барахтаться поодиночке где-то в страховочной сетке.