Григорий Заславский Во вторник вечером к Театральному центру СТД «На Страстном» было не подъехать. Чтобы пройти к театральному подъезду, надо было просачиваться между дорогих машин. Водители провожали дам до билетеров, принимали шубы и возвращались к авто. Публика съезжалась на премьеру нового спектакля Евгения Гришковца. Начало было поздним – в девять, так принято для клубных мероприятий, но не для театральных премьер. Все, в общем, знали, на что идут: на самого Гришковца, на Александра Цекало, составившего пару знаменитому и, пожалуй, самому модному сегодня персонажу столичной богемной жизни. И еще чуть-чуть – на обещанную премьеру под названием «По По». Поэтому о премьере – чуть-чуть, а сперва – о том, что ее сопровождало.
Гардероб, буфет – все сверкало от богатства и ухоженности лиц и наманикюренных рук, в зале я был, пожалуй, единственным, чья рубашка не сверкала модными запонками. Звонки, которые по театральной привычке давали администраторы, игнорировались: публика пришла в зал лишь тогда, когда было покончено с кофе и разговорами. И это естественно: за удовольствие провести вечер с Гришковцом зрители заплатили от тысячи до четырех за билет. «Я надеюсь, жизнь спектакля будет счастливой, а вы потратили свои деньги не зря», – из этих слов Гришковца публика обратила внимание на вторую часть. Предварительное обращение к публике, традиционное с тех пор, как Гришковец начал свою профессиональную театральную карьеру, было воспринято с большим воодушевлением, чем последующее представление. Мобильные телефоны не звонили, но ведь не одними звонками жив сегодня мобильник: лица зрителей то и дело освещали цветные телефонные экраны, и без отрыва от театрального действа дорогие гости театрального центра продолжали ведение своих неотложных дел. Как и Гришковец, его публика не признает антрактов, зная, что даже краткий антракт может привести к невосполнимым потерям.
Для тех, кто видел Гришковца раньше, кто любит его, в «По По» нового было немного. Доверительная интонация за годы эксплуатации поистрепалась, зато приобрела глянец. Гришковец стал профессионалом. Для него теперь шьют костюм, светлый, хлопчатобумажный или льняной, так как в маечке и «случайных» штанах, как было раньше, в пору, когда Гришковец «ел собаку», нынче выходить неудобно. А когда есть костюм, да вдобавок и шляпа, понятно, что деньги потрачены не зря.
Литературная и автобиографическая основа «По По» тоже известна (автор не делает тайны из творческой кухни): служа на флоте, Евгений Гришковец пересказывал друзьям «Преступления и наказание», Фенимора Купера, а также Эдгара Алана По. Спустя годы спектакль «По По», то есть вольные пересказы «для взрослых» знаменитых детективных историй, появился в афише кемеровского театра «Ложа». А с тех пор, как театральной базой Гришковца стала Москва, все лучшее, что было создано в «Ложе», переезжает в Москву. «Осаду» он выпустил в МХТ имени Чехова. «По По» – на сцене театрального центра «На Страстном».
Геннадий Хазанов, худрук «профильного» Театра эстрады, любит горевать по поводу смерти разговорного жанра. Евгений Гришковец решительно опровергает этот поспешный приговор. Не умер, нет. Просто чуть-чуть изменился формат разговорной эстрады. Со стадионов она «переехала» в клубы, удовольствия ради лучше, конечно, послушать что-нибудь острое про блондинок и гомосексуалистов, чем занимаются в «Комеди-клаб». Но для поддержки интеллектуального верха надо время от времени приобщаться к высокому. За высокое сегодня у нас отвечает Гришковец. И не беда, что в зале мало тех, кто ради встречи с высоким освежил свои знания об Эдгаре По (тогда бы и смех в зале звучал чаще и был бы насыщеннее). И так смешно. Тем более что и Гришковец в интервью «Афише» заметил, что «хотел передать даже не сам текст По, а то, как он мне нравится». Это чувствуется. Хорош и Цекало, хорош как актер, но и это почти не важно, как не важно, сколь близко или далеко отходят они в пересказе По, как вольно звучит в их устах история про черного ворона и его знаменитое «nevermore». В их диалоге, правда, нет особого желания быть услышанными, они, как говорится, довольствуются уже тем, что они есть, такие как есть. Не выпендриваются, лишь холодно демонстрируют профессионализм. В их исполнении классические рассказы превращаются в цепочку анекдотов из серии «убил, и закопал, и надпись написал». А лопатку купил в магазине «Все для дома». Во времена Эдгара По таких магазинов не было, поэтому упоминание про магазин вызывает смех. В этом случае смеются все, потому что всем понятно, что таких магазинов не было.
