Марина Гайкович Фестиваль «Территория» проходит под девизом «Искусство сейчас». Руководитель музыкальной программы дирижер Теодор Курентзис понимает это выражение буквально – в его части фестиваля были запланированы только премьеры.
Первый проект, весьма дерзкий, соединял, впрочем, музыку старую и новую: нескольким композиторам было предложено закончить Реквием Моцарта. Специалистам известно, что ученик Моцарта Франц Ксавер Зюсмайр проделал большую работу – трех частей сочинения просто не существовало, а для знаменитой Lacrimosa австрийский гений написал только восемь тактов.
Каждый композитор придумал концепцию своего фрагмента. Например, Антон Софронов, по его собственным словам, сразу отказался от соблазна «перезюсмайрить Зюсмайра» и ничего не написал (по крайней мере пока, может быть, успеет к записи компакт-диска), а поставил свою точку там же, где и Моцарт. Что сделал в Agnus Dei Анатолий Королев, также не удалось услышать – эта часть не прозвучала. Владимир Николаев представил светлый и радостный Sanсtus, какой – правда, с некоторыми поправками на XXI век – вполне можно было бы ожидать в классической версии. А вот Сергей Загний, известный концептуалист и автор нестандартных идей, говорит: «Соревнование с Моцартом, а именно такие условия предлагались, заранее обречено на провал. Относительно Моцарта мы все лузеры». Загний превратил Benediktus все мероприятие в обаятельную и милую шутку: в Osanna хор вдруг начинает петь по-русски и излагать в манере духовного стиха историю последних дней Моцарта (про человека в черном плаще и т.д.).
Второй отчаянно дорогой проект «Территории» посвящен мировым премьерам опер. В погребах Винзавода слушателю-зрителю предложили необычный формат передвижения в пространстве, и возможно, даже во времени. Оперу греческого композитора Андреаса Мустукиса, перекликающуюся с мотивами древнегреческих трагедий, режиссер Кирилл Серебренников решил в антивоенном ключе. «Богини из машины» стали изрыгающими проклятья дьяволицами из вертолетов (подзаголовок сочинения – диалог со Штокхаузеном – автором музыки для струнного квартета и вертолетов). Финал – фотохроника последней войны на Кавказе.
Более сложная метафизика в истории молодого композитора Алексея Сюмака. Его опера «Станция» ведет героев по зигзагам памяти – общечеловеческой: боль, страх, смерть, любовь, политика, война┘ И абсолютное временное растворение в финале («Объятия. Они не расстанутся вовек»): Он и Она обретают друг друга. Потрясающе решен этот фрагмент: на первый взгляд банальное повторение одного и того же текста благодаря исполнительскому «расцвечиванию» (фразировка, фонетические изюминки и прочее) производит буквально магический эффект, в котором растворяются предыдущие сцены – свадьба в больничной палате среди беснующихся медсестер, Мать и Сын, разделенные могильной плитой, советские гимнастки с трагической судьбой, хроника терактов┘ Сама по себе партитура Сюмака сделана с колоссальным профессионализмом. Основное преимущество этой музыки в том, что она выходит за рамки этого проекта (за рамки Винзавода и конкретного режиссерского решения) и тем самым тоже преодолевает границы времени.
