Про уродов и людей

Актеры Камерного театра представляют сцену из новой пьесы Идо Нетаньяху. В центре – затылок отца драматурга и его брата, премьер-министра Израиля.
Фото автора

«ИсраДрама» – так несколько неблагозвучно для русского уха называется фестиваль современной израильской драматургии, который проводится регулярно и каждый раз с акцентом на каком-то другом языке. Чтобы двигать свою новую драматургию в массы, Израильский институт драматургии приглашает специалистов из той или другой страны и предлагает познакомиться с последними достижениями. В этом году впервые фестиваль проводился «на русском».

Десант из России был, можно сказать, увесистым, вернее – весомым. Из режиссеров – Адольф Шапиро, Роман Виктюк, Марк Розовский, Борис Мильграм, Сергей Федотов из пермского театра «У Моста», который, кажется, первый поставил в России ныне всероссийски знаменитого Мартина МакДонаха.

Программа была насыщенная – уже в девять утра начинались дискуссии, а в течение дня полагалось посмотреть три спектакля. Организаторы не шутя обижались, когда кто-то прогуливал те или другие встречи. Из-за невысокой явки чуть было не не отменили семинар «Социальная драма в творчестве женщин-драматургов». Разговор, кстати, был интересный. В частности, Адар Гальрон, симпатичная и, как скоро выяснилось, религиозная женщина родом из Великобритании, написала пьесу «Миква». Миква – нечто вроде бассейна, в котором женщины непременно омываются каждый месяц от ритуальной нечистоты. Адар не пытается вскрыть какие-то религиозные тайны, нет, она описывает обычные проблемы, с какими сталкивается, в общем, любая женщина вне зависимости от своей религиозности. Религия лишь добавляет трудностей, а трудности, как известно, – на руку пьесе, чем больше трудностей встает на пути героя (в данном случае героинь), тем интереснее следить за сюжетом. «Микву», кстати, уже поставили в театрах десятка стран, кажется, вне расчета на интерес только зрителей одной, то есть еврейской, национальности.

В какой-то момент как раз во время «женского» семинара в зал вошел немолодой импозантный мужчина, а следом – старичок, сверкая лысым черепом. Оба сели в первом ряду. Первый – Идо Нетаньяху, родной брат нынешнего премьер-министра, старичок – их отец. Нетаньяху-брат прежде работал врачом, с некоторых пор пишет пьесы, на семинаре два актера разыграли фрагмент из исторической драмы, посвященной судьбе евреев в Берлине после прихода Гитлера к власти. Иллюзии людей, которые совсем не хотят подниматься с насиженных мест, которые уверены, что предвыборная риторика Гитлера будет забыта, что невозможно реализовать на практике то, о чем он говорил по пути во власть...

Был показан на фестивале еще один спектакль «о войне» – «Банальность любви» – о связи и последующей послевоенной дружбе Ханны Арендт и Мартина Хайдеггера. После спектакля его создатели пытались убедить всех, что им было важно поставить важнейшие вопросы, что спектакль вызвал большой интерес, но для нас, зрителей из России, так и осталось непонятным, что за любовь, что за страсть так туманила взгляд этой умнейшей женщины ХХ века, что она спустя годы снова встретилась с Хайдеггером, который работал в гитлеровской Германии и отказался после войны попросить прощения за это сотрудничество.

Самыми интересными оказались две работы по Ханоху Левину. Первый спектакль он сам перед самой смертью поставил 10 лет назад в Камерном театре. Левин, выдающийся драматург, написал пьесу по нескольким рассказам Чехова, в центре – «Скрипка Ротшильда». Получилась довольно затейливая смесь из Чехова и... Шолом-Алейхема. Второй – в театре Гешер, где Евгений Арье поставил пьесу Левина «Якиш и Пупче». Герой, глупый малый, с немалым трудом находит невесту, уродину Пупче, и дальше, на протяжении двух часов разворачивается история о том, как трудно возбудить героя. Проблема в том, что в иврите нет ни мата, ни эвфемизмов. И с этим связана немалая проблема перевода этой истории на русский язык. Зал покатывается от смеха, при том что нигде этот юмор – весь – ниже пояса, не кажется пошлым или безвкусным. В финале героиня, проститутка, призванная на помощь, говорит: «Мы стали чуть красивее... Запомните нас такими, не такими уж страшными». Хороший и очень веселый спектакль.

Но как эту пьесу перевести на русский? И как поставить ее в России? Вопросы пока без ответов.