Арктическая ловушка для Москвы

Широко разрекламированная в официозных СМИ экспедиция к Северному полюсу под руководством вице-спикера Госдумы Артура Чилингарова может нанести непоправимый удар по позициям России в этом пока ничейном районе. Мало того, что она не смогла найти неоспоримых доказательств принадлежности морского дна к российскому шельфу, так еще и возбудила интерес к поиску противоположных доказательств и разработке океанских недр у других претендентов на эти просторы. В том числе у стран, уже имеющих или способных в ближайшее время обзавестись соответствующими технологиями.

Права на участки морских недр в Арктике готовы предъявить не только граничащие с Северным Ледовитым океаном страны, прежде всего оказавшиеся наиболее взволнованными российской экспедицией США и Канада, но и достаточно далеко от него расположенные государства, в том числе Китай, Ирландия и даже Австралия.

То, что экспедиция к Северному полюсу с погружением батискафов, установкой титанового государственного флага, взятием проб и т.д. стала блестящим достижением российских полярников, инженеров и других специалистов, никто не сомневается. Однако в вопросах признания российской принадлежности этого участка морских недр экспедиция нанесла больше вреда, чем пользы. Во всяком случае, в этом уверен замдиректора Института океанологии РАН Леопольд Лобковский.

«Для того чтобы доказать мировому сообществу, что кора хребта Ломоносова – континентального, а не океанического типа, что позволило бы России претендовать на закрепление этих недр за собою, нужно иметь представление прежде всего о глубинном строении, причем на глубину 5–7, а лучше 10 километров, – завил Леопольд Лобковский «НГ». – То, что были взяты пробы грунта с поверхности осадков, ничего не доказывает┘». В этой связи, отмечает эксперт, ничего нового для представления Россией в Комиссию ООН по морскому праву экспедиция не дала. «Пробы грунта у нас и так были, – говорит Лобковский, – достаточно сказать, что несколько лет назад на том же хребте Ломоносова было проведено бурение на 400 метров, только тогда об этом ничего не писали┘». Тем более не могут быть серьезно восприняты пробы, полученные при помощи батискафов. Так что шансы на то, что и очередное представление, которое, как ожидается, будет готово примерно через полгода, одобрит мировое сообщество, «равны нулю».

В то же время поднявшийся ажиотаж вокруг попыток России застолбить за собой более миллиона богатых нефтью и газом квадратных километров океанического дна может нанести удар по нашим позициям. Дело в том, что для научного подкрепления своих претензий, России требуется дорогостоящая техника и технологии, которых в стране пока нет и неизвестно, когда они появятся. Отечественные ученые полны надежд на то, что правительство наконец-то выделит необходимые средства для дальнейших исследований, строительства ледоколов с буровыми установками и т.д. Однако насколько оправданы эти ожидания, неизвестно. Зато и техника, и средства уже есть у других приполярных стран, к числу которых, помимо РФ, относятся также Канада, Дания (Гренландия), Норвегия и США.

Впрочем, США пока не подписали Конвенцию ООН по морскому праву и поэтому не могут предъявлять права на Арктику, однако в том, что они сделают это в ближайшее время, сомневаться не приходится. Тем временем к разделу «арктического пирога» изъявляют желание присоединиться все новые государства, весьма далекие по расстоянию от Арктики. В частности, Китай, Ирландия и даже Австралия все тверже заявляют о том, что арктический шельф должен стать частью мирового наследия и предназначаться для всеобщего пользования. То есть право разрабатывать его богатства должно быть у любой заинтересованной страны.

Ведущий российский юрист по морскому праву, вице-президент Международного Морского комитета и судья Международного трибунала ООН по морскому праву Анатолий Колодкин смотрит на проблему более оптимистично. Выступая вчера на пресс-конференции по международно-правовым вопросам освоения Арктики, он заявил, что любая реакция на российское представление в ООН для России выгодна. «При положительном решении наша страна получит право вести разведку шельфа, а если там есть запасы тех же углеводородов, то и начать их разработку (при наличии необходимых технических средств), – отметил правовед. – В случае же, если решение будет негативным, я порекомендовал бы властям все равно начать разведку – всегда же можно найти исключение┘».