Ольга Соловьева
Производство гелия становится в РФ стратегически важным.
Фото с сайта www.helium.gazprom.ru
В среду на совещании президента Владимира Путина с членами правительства обсуждалось обеспечение экономики необходимыми полезными ископаемыми. Власти разрабатывают стратегию развития минерально-сырьевой базы до 2035 года с горизонтом планирования до 2050 года, где акцент делается на ускорении геологоразведки редкого сырья. Однако тот же документ почему-то оценивает рекреационный и сельскохозяйственный потенциал регионов. Нарастить собственное производство редкого и дефицитного сырья в РФ будет непросто, прогнозируют эксперты.
В марте этого года Минприроды РФ по поручению президента РФ подготовило проект обновленной стратегии развития минерально-сырьевой базы на период до 2035 года с увеличенным горизонтом планирования до 2050 года.
Проект был направлен в федеральные органы исполнительной власти. А далее его должен рассмотреть кабинет министров. В стратегии заложены два сценария развития минерально-сырьевой базы в зависимости от потребностей российской экономики: базовый, при котором обеспеченность запасами и добыча полезных ископаемых остается на текущем уровне с небольшим ростом, и целевой, ориентированный на опережающее наращивание минерально-сырьевой базы. Особый упор в документе сделан на усиление темпов геологоразведки дефицитного сырья. Долгосрочный прогноз потребления минерального сырья будет увязан с документами планирования других отраслей экономики России.
Проект стратегии развития минерально-сырьевой базы содержит множество отсылок к особенностями сельского хозяйства на различных регионах и к возможному туристическому потенциалу. Так, в стратегии развития минерально-сырьевой базы говорится о том, что в Республике Алтай «имеются широкие возможности для создания бальнеологических центров».
В августе прошлого года правительство России утвердило новый перечень дефицитных минеральных ресурсов вместо действовавшего с 1996 года. Министр природных ресурсов и экологии РФ Александр Козлов говорил, что в новой версии перечень расширен с 29 до 55 видов полезных ископаемых. Так, в него впервые вошли гелий, фосфаты, цинк, редкие и редкоземельные металлы, калийные соли, подземные воды, графит. Среди редких металлов в перечне оказались литий, рубидий, цезий, бериллий, скандий, индий, галлий, германий и другие, среди редкоземельных – иттрий, церий, неодим, самарий и другие. В новый перечень (как и в прошлую версию) входят также нефть и газ, алмазы, уран, марганец, хром, титан, бокситы, медь, свинец, сурьма, олово, никель, молибден, вольфрам, кобальт, золото и серебро, платиноиды.
Сами чиновники подчеркивали важность сырьевого суверенитета страны в новых экономических условиях. «Полное самообеспечение страны видами минерального сырья, которые критически важны для развития экономики – это цель, к которой мы стремимся», – заявил глава Минприроды России Александр Козлов. В конце прошлого года министр природных ресурсов говорил, что ведомство нацелено на поиск дефицитных видов полезных ископаемых. «В плане семь объектов по хрому, марганцу, титану, урану, вольфраму. Если в прошлые годы по благородным и цветным металлам отношение к дефицитным было 80 к 20%, то с 2023 года наоборот. Это смена приоритетов геологоразведки», – подчеркнул министр.
«По результатам этих (геолого-разведочных) работ в 2022 году ожидаем прирост ресурсов. Золото – 158 т, медь – 1,3 млн т, цинк – 2,4 млн т, свинец – 1 млн т, серебро – 2,5 тыс. т, углеводороды – 4,3 млрд т условного топлива, питьевые воды – 59,3 тыс. куб. м в сутки», – сообщил Козлов.
Вице-премьер Виктория Абрамченко в среду на совещании с президентом РФ сообщила, что продолжается настройка инструментов поддержки недропользователей, которые готовы работать на месторождениях стратегического минерального сырья. При этом власти хотят стимулировать глубокую переработку сырья в стране.
Россия по запасам редкоземельных металлов (РЗМ) занимает второе место в мире. Однако российская доля текущего производства составляет всего около 2% от мирового. При этом львиная доля необходимых отечественным предприятиям РЗМ ввозилась из-за рубежа.
Счетная палата (СП) еще в 2021 году обращала внимание на значительную зависимость РФ от внешних поставок стратегических видов минерального сырья. Аудиторы анализировали эффективность системы управления государственным фондом недр и приходили к выводу, что РФ импортировала более трети стратегических видов минерального сырья.
Так, потребности российской экономики в марганце, хроме, титане и литии полностью обеспечивались за счет импорта, по цирконию данный показатель в среднем за период составил 87,2%. «Указанные виды минеральных ресурсов являются не только стратегическими, но и дефицитными и имеют важное значение для развития отраслей экономики РФ. Возникновение перебоев в импортных поставках может создать риски для полноценного функционирования ряда отраслей», – предупреждала Счетная палата.
Ведомство также отмечало высокую долю импорта по некоторым видам сырья, которые не являются стратегическими, но имеют важное значение для развития промышленности: йод – 100%, плавиковый шпат – 95%, бентониты для литейного производства – 89,6%, каолин – 68,3%. Они имеют широкую область применения и используются в металлургической, химической, атомной, медицинской и прочих отраслях.
«Кроме того, отечественными предприятиями не в полном объеме обеспечиваются потребности в сырье по таким стратегическим видам минеральных ресурсов, как бокситы (доля импорта в среднем за период – 68,6%, медь (49,6%), молибден (40,2%)», – говорилось в отчете СП. Роснедра тогда в ответ сообщали чиновникам СП, что Россия обеспечена редкими ресурсами на десятилетия вперед. Текущие потребности национальной экономики в уже имеющихся запасах урана они оценивали на 110 лет, циркония – на 100 лет, хрома – более чем на 30 лет.
Потребность мировой экономики в поставках редких и редкоземельных металлов и минералов при этом продолжает нарастать. К примеру, по прогнозам экономистов, мир может столкнуться с дефицитом графита, который является крупным компонентом аккумулятора для электромобилей. Каждому электромобилю в аккумуляторной батарее в среднем требуется 50–100 кг графита для анодов, отрицательных электродов батареи. Ожидается, что к 2030 году глобальный дефицит предложения составит 777 тыс. т, пишет агентство Reuters со ссылкой на прогноз Project Blue. В отчете Benchmark Mineral Intelligence (BMI) указыается, что к 2030 году потребуется около 12 млрд долл. инвестиций в графит, а к 2035 году потребуется 97 новых рудников для удовлетворения спроса.
При этом Китай производит 61% мирового природного графита и 98% конечного обработанного материала для изготовления анодов аккумуляторов. По данным BMI, к 2032 году Китай будет контролировать почти 80% производства обработанного графита по сравнению со 100% в 2022 году.
Китай в целом является крупным игроком на глобальном рынке РЗМ. На долю КНР приходится свыше 60% производства и более 40% запасов редкоземельных металлов. Поднебесная полностью удовлетворяет собственные нужды в этом стратегическом сырье и контролирует большую часть глобального рынка.
Российская отрасль РЗМ в условиях внешних санкций значительно недобирает частных инвестиций по традиционным горно-металлургическим проектам, говорят эксперты «НГ». «Сказываются технологические сложности, инфраструктурные ограничения, долгие сроки окупаемости, низкий спрос на продукцию внутри страны, недостаточно развитые механизмы проектного финансирования для таких проектов», – поясняет аналитик «Финам» Александр Потавин. По его мнению, на словах чиновники поддерживают такие проекты, но у правительства пока нет на это денег из-за бюджетного дефицита. С ним согласен и эксперт «БКС Мир инвестиций» Евгений Миронюк. «Вопрос почти полностью упирается в расширение возможностей геологоразведки и создания условий для добычи (льготные налоговые режимы, инфраструктура, госгарантии и т.д.). Готово ли государство к таким тратам и таким преференциям (даже если добыча этих минресурсов становится приоритетной после расширения списка) в условиях рекордного дефицита бюджета – большой вопрос. Во всяком случае, в текущем году – нет», – рассуждает он.
«В ситуации, когда возникают определенные ограничения на экспорт энергоресурсов, есть смысл максимально использовать и развернуть ситуацию в пользу внутреннего потребления», – считает доцент РЭУ им. Плеханова Александр Тимофеев. По его словам, в связи с зеленым переходом спрос на редкоземельные ресурсы в экономике оказывается гораздо выше прогнозов 10-летней давности. Так, например, для электромобилей их требуется в 3–4 раза больше, чем для бензиновых машин. Для ветро- и солнечной генерации энергии также требуются редкие металлы.
Доцент Института общественных наук РАНХиГС Александр Воротников полагает, что России будет полезно посмотреть на опыт Китая, который одновременно снабжает свою промышленность литием и другими редкоземельными металлами, экспортирует готовую продукцию и осуществляет экспорт соединений с высокой добавленной стоимостью. Реализовать подобное можно, создавая специальные производственные кластеры с увеличением выпуска конечных соединений.
