Виталий Третьяков В понедельник начинается визит Владимира Путина в Японию. Деликатность этой поездки состоит в том, что в свое время Борис Ельцин обещал Токио не позднее 2000 года подписать мирный договор, что для японцев автоматически означает и решение по их рецептам территориальной проблемы.
В последний год своего президентства Ельцин о 2000 годе уже не вспоминал, а вот японцы - не забыли. Для них это - обязательство не лично Ельцина, а России.
Короче говоря. Токио ждет, что Путин прилетит и подтвердит обещание Ельцина (быть может, относя его выполнение на год-два) или даже предложит свою схему решения территориальной проблемы, но естественно, так, как хотят ее решить в Японии.
Но Путин не может отдать острова. Во-первых, как президент-державник, провозгласивший, что вопрос территориальной целостности России не обсуждается. Во-вторых, тем более он не может сделать это сейчас, когда его рейтинг объективно и из-за внутренних передряг стал падать.
Так что же Путин будет делать в Токио?
Во-первых, он должен сказать очень много вежливых слов, чтобы заболтать обещание Ельцина, не разочаровав японцев до конца.
Во-вторых, лично прощупать прочность японских бастионов по территориальной проблеме.
В-третьих, чем-то все-таки компенсировать свою неуступчивость.
Тут возможны три варианта.
Первый. Пролонгация обещания, но на как можно более долгий срок - за 2004 год.
Второй. Реальные уступки, особенно по рыболовной части, что будет воспринято и в Москве, и в Токио как готовность к передаче островов в будущем. С соответствующими последствиями.
Третий вариант (самый нереальный). Путин предложит премьер-министру Мори план стратегического партнерства или даже союзничества с Японией на первую половину XXI века, в рамках которого однажды эта проблема решится сама собой (о сути этого плана я писал в статье "Россия-Япония: новая эпоха?" в "Дипкурьере НГ" (выпуск "НГ" от 1.06.2000 г.).
Словом, визит будет скорее всего почти безрезультатным (ибо третий вариант, если даже он будет предложен, может быть пока сформулирован лишь в самой общей форме). А вот дипломатическо-бюрократические конструкции в ходе визита могут быть созданы любой величины - хоть до небес.
