Андрей Мирошкин
Юрий Коротков надписывает книги новым московским стилягам.
Фото Ольги Лукас
В книге «Стиляги» под одной обложкой собрано два произведения: киноповесть Юрия Короткова (по ней поставлен только что вышедший на экраны фильм Валерия Тодоровского) и историко-журналистское исследование Георгия Литвинова о субкультуре стиляг в СССР (с мемуарами участников движения). Ее презентация прошла в клубе «Огурец» и сопровождалась выступлением самой «стиляжной» московской группы «Коралловые рифы». В ее репертуаре – песни, мастерски стилизованные под буги-вуги и твисты 50-х. Открыл вечер один из авторов книги, Юрий Коротков. Его повесть о послевоенных московских стилягах, думается, будет жить и независимой от фильма литературной жизнью. «В свое время, – сказал Коротков, – я был очень удивлен, узнав, что стиляги появились не на волне хрущевской оттепели, а значительно раньше, еще при Сталине. Это было смелое протестное движение. Представьте себе разодетого по всем правилам стилягу, который едет на метро со своей родной московской окраины на «Бродвей» (то есть на улицу Горького)». Но вообще Юрий Марксович не рекомендовал ждать от повести и фильма абсолютной документальности. Тех, кто интересуется точными фактами, писатель адресовал ко второй, исторической части книги. Там читатель найдет сведения и о «музыке на костях», и о любимых фильмах и мелодиях стиляг, и о борьбе властей с этим движением┘ Высказался Юрий Коротков и о фильме: «Это грандиозный в хорошем смысле слова, дорогой мюзикл. У меня бывало разное отношение к фильмам, снятым по моим сценариям, но черновой материал этой картины я смотрел зачарованно». Более сложное отношение у писателя – к обновленным текстам некоторых звучащих в фильме песен известных рок-групп. Некоторые из этих обновлений получились, по словам автора повести, «довольно корявыми».
Ну а затем «Коралловые рифы» обрушили на гостей презентации настоящий шквал аутентичных стиляжных песен про «оторванных людей»: пиратов, чикагских гангстеров, отчаянных картежников из Лас-Вегаса и докастровской Гаваны. Публика в зале была под стать музыке и описанным в книге временам: напомаженные вихры-«коки», узкие брюки, фантастической расцветки пиджаки и галстуки, вычурные остроносые ботинки. «Новые московские стиляги» чтут традиции своих предков. Для полного погружения в 50-е не хватало только появления в зале переодетого комсомольского оперотряда с ножницами для разрезания «контрреволюционных» брюк-дудочек.
