Вера Калмыкова
Григорий Батрынча рассказывает об Илье Тюрине. Фото Владимира Буева
В Культурном центре им. Д.С. Лихачева (библиотека № 73) состоялся очередной вечер, посвященный поэзии участников первого выпуска антологии «Уйти. Остаться. Жить» (2016) и открывший выставку фотопортретов ее героев. Поэт Борис Кутенков, один из составителей книги, напомнил историю проекта. Он начинался с литературных чтений «Они ушли. Они остались», впервые проведенных в 2012 году по инициативе Ирины Медведевой (1946–2016), матери Ильи Тюрина (1980–1999). Герои антологии – безвременно ушедшие русские поэты. Цель издания – не допустить исчезновения памяти о них, постоянное «оживление» их произведений. Ведь многие, несмотря на юный возраст, все же успели внести вклад в отечественную словесность. На сегодняшний день вышло уже три тома антологии. Также с 2019 года началось издание книжной серии «Поэты литературных чтений «Они ушли. Они остались», в которой публикуются авторские сборники.
За выходом новых изданий на второй план отходят прежние, и вновь возникает опасность забвения. Чтобы избежать ее, Борис Кутенков и Николай Милешкин, ведущий авторского проекта «Бегемот внутри», организуют ретромероприятия, на которых звучат стихи авторов, чьи произведения опубликованы сравнительно давно. Выступающие – поэты, литературоведы, участие в литературном процессе обязательно.
Кутенков рассказал об Илье Асаеве (1964–1993), посмертно привлекшем внимание поэтов Юрия Казарина и Константина Патрушева. В результате в 2009–2018 годах его стихи публиковались в России и за рубежом, вышло несколько книг. Строка из стихотворения Асаева дала название этой статье. Михаил Вистгоф поведал об Анне Горенко (1972–1999). Ее псевдоним – девичья фамилия Анны Ахматовой – знак преемственной линии русской поэзии. Горенко писала о смерти и бессмертии, не различая эти понятия. Посмертно издано пять книг ее стихов. Об Илье Тюрине (1980–1999) рассказал Григорий Батрынча. Здесь та же история: читающая Россия узнала своего поэта уже после его физического ухода. Поэзия Тюрина в разное время привлекала внимание таких мастеров, как Марина Кудимова и Юрий Кублановский.
Манук Жажоян (1963–1997) стал героем рассказа Елены Кукиной, отметившей триязычие этого автора: он одинаково свободно владел армянским, русским и французским. Живя во Франции, Жажоян вел литературно-критическую рубрику в журнале «Русская мысль». Милешкин выступил дважды и говорил о двух поэтах – Алексее Колчеве (1975–2014) и Марине Георгадзе (1966–2006). Уроженец Рязани, Колчев последовательно боролся с «есенинским комплексом» поэтов-земляков, разрабатывая свою, медитативно-романтическую поэтику. А Георгадзе – еще один пример «гражданина мира», соединившая русскую, грузинскую и англоязычную культуру и выступавшая не только как поэт, но и как переводчик. Наконец, прозвучал рассказ об Алексее Ильичеве, чья лирическая поэзия разнообразна и тематически, и образно, и эмоционально.
Почти каждый из этих поэтов получил известность после смерти благодаря публикациям, подготовленным вдумчивыми читателями их стихов. Так на практике осуществляется провозглашенный Ахматовой принцип: «царственное слово» оказывается долговечней всего на свете.
