Пре-исподнее смысла

Жан-Франсуа Лиотар. Хайдеггер и "евреи". - СПб.: Аксиома, 2001, 2001.

В ДАЛЕКИЕ восьмидесятые главной нацистской организацией в СССР было общество "Память". Думаю, знай об этом Лиотар, он бы восхитился столь говорящим и концептуально емким названием и непременно упомянул его в своем эссе о Хайдеггере и "евреях", развернув на страницах детальный анализ мотивов забвения и припоминания в постреволюционном сообществе.

Ведь речь в его книге именно о памяти. Память - ключевой механизм исторического дискурса, который и образовывает его уникальный событийный ландшафт. По этому ландшафту Лиотар прогуливается не спеша, постоянно курсируя между двумя пропастями: нацизмом и еврейским вопросом. И та и другая - результат забвения, вытесненного бессознательного Европы. Неудобная тема, неблагодарная нить для исследования - то, что нужно, чтобы спуститься на ней в лабиринт европейской культуры, покопаться в ее отсыревших подвалах и тайниках.

Страховочным тросом - и лейтмотивом размышления - являются две дополнительные линии эссе: "После Освенцима" и "Дело Хайдеггера". Два философских скандала. Их скандальность высвечивает две проблемы: два метафизических монстра прячутся в темноте забытого и не спешат выходить на свет тусклой свечи припоминания.

Заклейменное позором чудовище - вина Хайдеггера, его соучастие в нацистском преступлении - помещено с смысловую лакуну, спрятано от глаз наблюдателей, ампутировано от корпуса его сочинений. По отношению к нему Бессознательное Культуры применило ту же технологию, что и к евреям: оно выместило его, отрыгнуло в некую метафизическую преисподнюю - в исподнее смысла. Однако преграды, отделяющие метафизику от политики, иллюзорны. Для Лиотара их просто не существует. Поэтому политическая изнанка хайдеггеровской философии для него так же важна, как лицевая ее сторона.

На арене политического дискурса чудовище, освобожденное из тайников Забытья, снова станет философией: в софитах публичности оно превратится в свет чистого смысла. Того самого смысла, что заключала в себе неудобная популяция душ под метафизическим кодом "евреи". И от которого Европа избавилась таким же способом.