Игорь Михайлов Лесли Хартли. Смертельный номер. - М.: Б.С.Г.-ПРЕСС, 2005, 333 с.
Биографические данные Хартли Лесли Поулса (1895-1972) скупы. Родился в Уиттлсси, окончил Оксфорд, участвовал в Первой мировой войне. Далее - рецензент в ведущих английских газетах и журналах. Недолгое время преподавал в Кембридже. Награжден орденом Британской империи, член Королевского общества (отделение литературы).
Все - довольно гладко. Зацепиться не за что. Рассказы его - добротный образец европейского абсурда с примесью романа-ужаса, психоанализа и антиутопии. Чуть-чуть Кафки, плюс Ионеско, Сартра и Оруэлла.
Пересказывать их сюжет не имеет смысла. Поэтому я перескажу┘
Шофер настолько сроднился с автомобилем своего хозяина, что стал с ним единым организмом. Человек пришел в цирк наниматься на работу, он может прыгнуть с высоты шестьдесят футов в бак восемь футов длиной, четыре фута шириной и четыре глубиной с горящим бензином, прыгает, хозяин цирка хочет взять его на работу, но он не соглашается, ему - "не понравилось".
Наиболее въедливые исследователи творчества "английского классика" в его романе "Правосудие налицо" углядели "очевидную полемику с Уэллсом и продолжение традиций Замятина". Но поскольку в данном сборнике романа этого нет, остается поверить умным людям на слово.
Состояние апатии, атмосфера абсурда повлияли даже на издателей: "Зрители уже давно не Налили валом┘". Конечно же, "не валили". Но кто устоит перед искушением увидеть в этой опечатке знаковое явление?
Помнится, в конце 80-х - начале 90-х в больших и пространных публицистических статьях бытовало такое мнение. Абсурд, ну и особенно, конечно, антиутопия - своего рода реакция на тоталитарное общество. Тоталитарное не вообще, любое, а по преимуществу - социалистическое. Поскольку утописты у нас по большей части издавались в серии "Предшественники научного социализма", то, стало быть, антиутопия направлена прежде всего на развенчивание идей предшественников коммунизма.
Идея эта, как и всякая удобная формула, тогда овладела умами. Тут же выстроился ряд: Замятин, Набоков, Оруэлл. Только что опубликованные романы "Мы", "Приглашение на казнь", "Скотный двор", "1984" читались взахлеб. Далеко за примерами полного контроля над индивидуумом, его желаниями, обществом глобального уравнивания нулей, ограничения свобод и т.д. - ходить было не надо. Достаточно было оглянуться назад, лет на 5 или 50 назад: "Ах, огурчики, помидорчики, Сталин Кирова убил в коридорчике" и т.д.
Сейчас об этом вспоминать не принято, да и неудобно как-то. Вспоминают разве что в очередной юбилей путча, как старый добрый анекдот.
Хартли - пример того, что социальный подход к литературе - такая же утопия, как попытка привить жанр антиутопии социализму. Любое общество тоталитарно по своей природе. И чем более оно развито, прогрессивно, тем более - тоталитарно. Прогресс, по мысли Маркузе, лишает человека счастья. Жизнь, по Хартли, смертельный номер. Прыжок с высоты пятого этажа в бак с горящим бензином.
Не нравится? - Не читай┘
Дарья Гармоненко 
