0
22627
Газета Печатная версия

26.12.2023 17:47:00

Три сюжета из истории уральской науки за одно столетие

Евгений Стрелков

Об авторе: Евгений Михайлович Стрелков – Университет Лобачевского, Нижний Новгород.

Тэги: урал, сибирь, история науки


урал, сибирь, история науки На строительстве астрономической обсерватории в Коуровке под Свердловском. Фотография предоставлена организаторами выставки «Наука в большом городе»

В 1887 году в Екатеринбурге открылась знаковая для Урала Сибирско-Уральская научно-промышленная выставка. Такого рода смотры достижений науки и техники проходили, как правило, в столицах – Москве и Петербурге. Но страна уже обратила свой взор на восток, вспомнилась фраза Михаила Васильевича Ломоносова о том, что Россия будет произрастать Сибирью, а главное, Урал уже становился одним из индустриальных и исследовательских центров, хотя до учреждения университетов в Перми и Екатеринбурге оставалось еще два десятка лет.

Все началось с Гамеля

Вообще мировая традиция подобных выставок насчитывала к тому моменту более полувека, а самая грандиозная выставка прошла в 1851 году в Лондоне, в Кенсингтонском саду, где был выстроен удивительный павильон, сразу же прозванный хрустальным дворцом. Комиссаром русского отдела Великой лондонской выставки числился Иосиф Христианович Гамель, уроженец Сарепты под Царицыном, выходец из поволжских немцев, а точнее говоря, из общины моравских братьев.

Окончив военно-хирургическую академию в Петербурге, Гамель врачом не стал, а увлекся электрическими машинами, модным тогда в Европе занятием, а потом – самой разной техникой и естествознанием в целом. Именно Гамелю Россия обязана первой железной дорогой – он выбрал для нее инженера-проектировщика. Локализация в России фотодела – тоже заслуга Гамеля: именно он привез в страну новую технологию, взяв ее из первых рук, у Уильяма Тальбота в Лондоне и у Луи Дагера в Париже. Наконец, Гамель пропагандировал в Европе достижения русского изобретателя электрического телеграфа Павла Шиллинга, которому Александр Пушкин посвятил знаменитое «О сколько нам открытий чудных готовит просвещенья дух...».

Так вот, на русском стенде всемирной выставки в Лондоне Иосиф Гамель выставил уральскую продукцию – малахитовые вазы, образцы обработки металла и кустарные промыслы. Судя по каталогу выставки, уральский вклад составил чуть ли не треть всего русского отдела. За два десятилетия, прошедших с той знаменитой выставки, научно-техническое значение Урала только возрастало. И уральские энтузиасты просвещения это понимали.

В 1870 году был утвержден устав Уральского общества любителей естествознания (УОЛЕ), инициатором которого был Онисим Егорович Клер, учитель французского в мужской гимназии Екатеринбурга, краевед и геолог-любитель. Общество ставило своими задачами как изучение Уральского края, так и распространение на Урале естественно-научных знаний.

На первых порах в общество вступили 80 членов, сразу же стали формироваться библиотека и музейная коллекция. При обществе работали комиссии – метеорологическая, сельскохозяйственная, по охране памятников природы.

Именно Уральское общество любителей естествознания стало одним из инициаторов выставки 1887 года, которую готовили три года. В итоге выставку посетили 80 тыс. человек. И это при том, что население Екатеринбурга тогда насчитывало неполных 40 тыс. жителей.

15-1-2-t.jpg
Пункт метеорологического
наблюдения на Метеогорке.
Фотография предоставлена
организаторами выставки
«Наука в большом городе»
Хранительница Метеогорки

Выставка включала 11 отделов, в том числе естественно-исторический, географический, антрополого-этнографический, горной и заводской промышленности, фабричного, кустарного и ремесленного производства, сельского хозяйства и садоводства. А также отделы ввозных товаров, учебный, железнодорожный, художественный. Разместилась выставка в пустовавших железнодорожных мастерских гранильной фабрики в самом центре города. А одной из изюминок выставки стала научная экспозиция Уральского общества любителей естествознания, которая после закрытия выставки составила основу общедоступного музея.

Члены УОЛЕ занимались археологией и метеонаблюдениями, ботаникой и зоологией. Общество пережило революцию 1917 года, но было ликвидировано в 1929 году, когда по всей стране закрывались независимые от власти общественные организации, такие как, например, Всероссийское общество любителей мироведения.

Музей же Уральского общества любителей естествознания не пропал, а стал основой уральского областного государственного музея. Проросли и посеянные Обществом зерна научного поиска. УОЛЕ создало на Урале сеть метеостанций, включавшую на 1914 год 61 станцию, в том числе и знаменитую в Екатеринбурге Метеогорку, местоположение для которой указал еще выдающийся немецкий естествоиспытатель Александр фон Гумбольдт. Он проезжал через Урал в 1829 году.

А в августе 1913 года в Екатеринбург приехала 25-летняя выпускница физико-математического факультета столичных Высших Бестужевских курсов Зинаида Григорьевна Архарова, уроженка верхневолжской Мологи, навсегда ставшая жительницей Урала. Ученица академика Бориса Борисовича Голицына, изобретателя электрического сейсмографа, Зинаида Григорьевна намеревалась организовать сейсмические наблюдения на Метеогорке. Там уже измеряли температуру воздуха, силу и направление ветра, атмосферное давление; проводили магнитные измерения, запускали в небо воздушные шары с датчиками. Сохранились фотографии таких запусков – на фоне деревянных павильонов Метеогорки. Сотрудники метеостанции, молодые и не очень молодые мужчины, часто бывшие военные, были поражены появлением в их обществе блистательной петербурженки.

15-1-3-t.jpg
Зинаида Григорьевна
Вейс-Ксенофонтова,
специалист по сейсмике Урала.
Фотография предоставлена
организаторами выставки
«Наука в большом городе»
В то время Метеогорка – восточная окраина уездного города – была местом мало обустроенным, труднодоступным и, в общем-то, небезопасным. Зинаиду Архарову все эти частности не остановили. Через год после начала сейсмических наблюдений на Метеогорке, 17 августа 1914 года, весь Средний Урал вздрогнул от собственного землетрясения, эпицентр которого находился на расстоянии полусотни верст к западу от Екатеринбурга. Интенсивность подземного толчка была оценена в 6–7 баллов. Сейсмостанция оказалась очень кстати.

Планомерная и размеренная научная работа была прервана Гражданской войной, сейсмостанцию закрыли, но Зинаида Григорьевна, уже вышедшая замуж за сотрудника метеостанции, осталась в Екатеринбурге. Не сразу, но ей удалось вновь ввести в действие сейсмическую станцию, на которой она проработала многие годы, со временем передав ее сыну Юрию Эвальдовичу Вейсу, ставшему ее учеником и верным соратником.

Пережив скоропостижную смерть мужа в 1930-х, она через несколько лет повторно вышла замуж, став Зинаидой Григорьевной Вейс-Ксенофонтовой. Воспитывая троих детей, преодолевая трудности и неудачи, Зинаида Григорьевна оставалась верной сейсмической науке: опубликовала ряд статей о сейсмических характеристиках Урала и взрастила несколько поколений учеников.

Звездное небо Урала

Своего рода антиподом Зинаиде Вейс-Ксенофонтовой – вовсе не по характеру или по роли в науке, а просто по направлению исследований – стала Клавдия Бархатова, которая смотрела не в недра, а в выси – в звездное небо.

В начале 1930-х в Свердловске – не по своей воле – оказался Сергей Владимирович Муратов, астроном-любитель, видный член разгромленного Российского общества любителей мироведения. Муратов, талантливый инженер-конструктор, сумел собрать первые на Урале телескопы, он же привлек к наблюдениям молодую выпускницу Уральского университета Клавдию Александровну Бархатову, с детства увлеченную звездами по книгам популярного в России астронома Камиля Фламмариона.

С 1934 по 1949 год Муратов руководил студенческим астрономическим кружком, совмещая преподавание в университете и в педагогическом институте, а в 1936 году взял Клавдию Бархатову на наблюдение солнечного затмения в Петропавловске.

15-1-4-t.jpg
Клавдия Бархатова
смотрела не в недра, а в выси –
в звездное небо.
Фотография предоставлена
организаторами выставки
«Наука в большом городе»
Смерть Сергея Муратова и война сильно проредили ряды астрономов Свердловска. Вскоре кафедра астрономии была закрыта, Клавдия Бархатова несколько лет работает деканом физико-математического факультета в Уральском университете. Но после запуска первого искусственного спутника Земли, когда в Уральском университете была основана станция наблюдения за искусственными спутниками, появляется возможность восстановления кафедры.

А в год полета Юрия Гагарина университет приступает к постройке обсерватории в близлежащей Коуровке. Открытую в 1965 году обсерваторию возглавила Клавдия Бархатова, она и ее сотрудники не ограничились наблюдениями за искусственными спутниками. Сама Клавдия Александровна занималась «открытыми звездными скоплениями», определяла их эволюцию и возраст. Сотрудники кафедры и обсерватории вели и ведут исследования по галактической астрономии, физике звезд и туманностей, физике Солнца и космической геодезии.

Обсерватория в Коуровке была со временем включена в ряд международных астрономических программ. Наличие астрономической обсерватории определило в 2021 году место для создания поблизости новой наблюдательной станции по изучению парниковых газов в атмосфере в связи с изменениями климата – карбонового полигона на Урале. А само наименование места расположения обсерватории дало имя астероиду.

От палеолита до Средневековья

Наконец, вновь обратимся от звезд к земле, но не к тектоническим процессам, а к хранящимся в ней памятникам культуры. Археология на Урале связана с супружеской четой – Александром Андреевичем и Елизаветой Михайловной Берсами. Конечно, раскопки проводились и раньше, находки описывались со времен Василия Никитича Татищева. Но именно Берсы придали археологическим поискам и научность, и масштабность.

Александр Андреевич попал в Екатеринбург 22-летним красноармейцем и выпускником Московского археологического института. За 12 лет работы в Екатеринбурге-Свердловске он сформулировал концепцию древней истории Уральского региона – от палеолита до Средневековья. Помимо прочего, Берс состоял в комиссии по празднованию 200-летия города в 1923 году, участвовал в проектах Уральского общества любителей естествознания, бережно сохранял отобранные у бывших владельцев художественные коллекции, публиковал статьи об истории Екатеринбурга.

Его важная научная заслуга – участие в 1927 году в составлении археологической карты Уральской области. Кроме того, Александр Берс работал председателем Уральской межведомственной комиссии по охране памятников старины и искусства, а в 1930-е годы стал директором Антирелигиозного музея в Свердловске. Он издал книгу «Прошлое Урала», где среди прочего отмечал влияние на уральское население гуннов и ранних булгар в эпоху Великого переселения народов. Он даже разработал настольную игру «Грядущая война», понимая, что чудовищные по масштабу и последствиям события – удел не только прошлого, но и, увы, будущего.

Судьба Александра Андреевича сложилась трагично – он попал под каток сталинских репрессий: череда арестов начиная с 1925 года, Беломорско-Балтийский канал и в итоге гибель в 1937 году по обвинению в принадлежности к контрреволюционной группе. Его дело продолжила Елизавета Михайловна.

Не имея формального археологического образования, она внимательно прислушивалась к мнению коллег, среди которых был археолог П.А. Дмитриев, опекавший Елизавету Михайловну вплоть до своей гибели на фронтах Великой Отечественной войны. Постоянно принимая участие в экспедициях, Елизавета Михайловна Берс в итоге издала книгу «Археологические памятники Свердловска и его окрестностей» и составила археологическую карту Екатеринбурга и округи.

Медный Исетский идол, когда-то подаренный Александром Андреевичем молодой жене Елизавете Михайловне и хранившийся в ее доме, словно подчеркивал передачу эстафеты археологических поисков на Урале: от него, яркого историка с широчайшим диапазоном интересов, визионера с ноткой авантюризма – к ней, кропотливой в труде, внимательной и верной идеям мужа, организатору и педагогу. Елизавета Михайловна не только воспитала сына, ставшего известным на Урале кибернетиком, но и активно помогала юным археологам из школьных археологических кружков.

* * *

Несмотря на то что три эти сюжета из истории уральской науки касаются совсем разных предметов поиска, их объединяет что-то общее. Можно назвать это стилем – постоянным стремлением научных лидеров создавать лаборатории и исследовательские группы, привлекать молодежь. И строить, строить – обсерватории, метеостанции, музеи, то есть мастерские и кладовые знания. «Урал – земля золотая», – писал местный сказитель Павел Бажов. И хочется добавить – не только земля золотая, золотые и люди этой земли. 

Нижний Новгород


Читайте также


Как остановить отток населения из Сибири

Как остановить отток населения из Сибири

Андрей Гусейнов

Целью социальных инвестиций РУСАЛа является развитие небольших городов и поселков региона

0
3800
Фото недели. Путин проверил оборонные производства на Урале

Фото недели. Путин проверил оборонные производства на Урале

0
2016
Прежде всего Дмитрий Менделеев был конструктором систем

Прежде всего Дмитрий Менделеев был конструктором систем

Евгений Стрелков

Познавать жизнь и территории через движение

0
8245
Чем обернулся эксперимент по «клонированию» академий в СССР

Чем обернулся эксперимент по «клонированию» академий в СССР

Игорь Смирнов

Государственная помощь в деле создания отраслевой и национальной науки оказалась не слишком эффективной

0
8620

Другие новости