Лошадь сверхновая и черная

В основе нашего представления о литературе-звездолете лежит давно известная и уже тривиальная мысль, что все окружающее, как, впрочем, и мы сами, есть одна из стадий звездообразования. Звезды - продуценты материи, которая рано или поздно вновь становится звездой. Приятно и забавно наблюдать, какой переворот производят эти выкладки в сознании моих беспечных собеседников, вчерашних нелюбителей фантастики. М-да. Каждый начинает думать - и правильно, - что он - звезда. В прошлом и будущем. Starman. Один из ключевых образов в НФ. Дело за малым: сказать нет некрофильскому Б.Акунину и отправиться в ближайший бук-маркет, а именно в тот отдел его, где выложены броско оформленные и относительно недорогие книжки с замечательными названиями типа: "Дети Галактики", "Мы выбираем звезды" (последний роман Пола Андерсена, кстати), "Звездный оракул" (третья часть гениальной трилогии Пола Макоули, только что изданная, но лучше начинать с первой), "Звездные мальчики", "Назад к звездам" (есть ли такой роман?.. Должен быть.) etc.

Но завершающим, самым изящным и полезным для вашего нового эмоционального и интеллектуального состояния приобретением будет книга профессора Сурдина "Рождение звезд". Сейчас это лучшее чтение о звездах. Конечно, коллапсирующая схема со взрывом сверхновой, вдохновившая поэта Дмитрия Воденникова, здесь далеко не единственная. Человеческая драма имитирует драму звезды. Поэтому каждый отыщет себе звездную историю по душе: про белых карликов, красных гигантов, истории о переменных звездах, двойных, потухших, ну и, конечно, о тех самых, что взрываются или падают сами в себя. Кстати, не у Воденникова ли прозвучало "лошадь, упавшая в себя"? У Воденникова. Наверное, это очень черная лошадь.