19.11.2013 00:01:00
На нарушение своих прав арестанты жаловаться боятся
Николай Кавказский Об авторе: Николай Кавказский – правозащитник, фигурант «болотного дела», проведший год в СИЗО «Бутырка».
Нарушения прав начинаются еще при заключении под стражу. Закон предусматривает заключение под стражу только при невозможности применения иной, более мягкой, меры пресечения, как, например залога или личного поручительства. И при наличии веских оснований считать, что человек скроется, продолжит преступления или будет мешать производству. На практике как раз все остальные меры пресечения, кроме заключения под стражу, являются исключительными.
Российскому суду в качестве основания для ареста достаточно стандартного ходатайства следователя, не основанного на доказательствах. Изменить систему «штампования» неправосудных решений, когда речь идет о заключении под стражу, могло бы участие в этой процедуре нескольких присяжных заседателей, например троих.
Сразу после задержания подозреваемый или обвиняемый находится в изоляторе временного содержания (ИВС). Эти изоляторы подчиняются МВД, и там из заключенных зачастую выбивают показания: с применением физического насилия и психологического давления, например с помощью ночных допросов. Наилучшим решением этой проблемы стал бы перевод системы ИВС из ведомства МВД в систему ФСИН.
Когда арестанта отправляют в следственный изолятор, ему никогда не говорят, куда его переводят. Команда «с вещами на выход» может означать что угодно – перевод в другую камеру, в больницу, этап, в другое СИЗО. Эта неопределенность также негативно сказывается на психологическом состоянии арестанта.
Одной из главных проблем в СИЗО является сильно ограниченный перечень предметов, которые может держать при себе заключенный. Такие предметы, как ноутбуки, аудио- и видеотехника, домашнее постельное белье и матрацы, радиаторы отопления, пароварки и электроплитки не должны быть запрещены. Вообще непонятно, как эти вещи могут принести какой-либо вред? Также вполне может быть разрешен Интернет и мобильные телефоны. Это поможет и прозрачности пенитенциарной системы – правоохранительным органам будет нетрудно контролировать звонки и интернет-трафик заключенных.
Не должны быть запрещены сырые овощи, крупы и многие другие продукты. Особенно на фоне того, что питание в СИЗО чудовищное. Помимо того, что «баланда» изготавливается из подпорченных или гнилых продуктов, она еще и готовится из рук вон плохо. Решить эту проблему можно, передав обеспечение питания заключенных из СИЗО гражданским предприятиям. Необходимо обеспечить арестантам вегетарианскую и веганскую (исключающую любые продукты животного происхождения, включая масло, молоко, яйца и т.д. – «НГ-политика») пищу.
Другая проблема СИЗО – камеры на 10, 20 или 40 человек. Большие замкнутые коллективы часто характеризуются конфликтными ситуациями, плохими бытовыми условиями и шумом. Иногда перевод человека в перенаселенную камеру происходит специально для оказания давления на человека. Самое лучшее – организовывать камеры на 3–5 человек.
Одной из главных причин психологического дискомфорта в камерах является то, что заключенные месяцами, а то и годами находятся в замкнутом пространстве одного помещения, практически никуда из него не выходя. Можно было бы перенять опыт Европы и разрешить днем заключенным выходить из своих камер, а запирать их только в ночное время. Сразу решилась бы проблема с душем, ведь в настоящее время зэки могут посещать душ лишь раз в неделю. Такая периодичность не дает нормально поддерживать гигиену.
Прогулки в СИЗО можно назвать таковыми лишь с большой натяжкой. Речь идет всего лишь о нахождении в такой же по размеру камере, а зачастую и меньшей, с небольшим просветом между стенами и крышей. Прогулки должны быть под открытым небом, на большой территории, и это необходимо зафиксировать в законодательстве.
Отдельная проблема – это безобразная работа цензуры, когда часть корреспонденции, из-за халатности или намеренно, просто не выходит из СИЗО и, наоборот, не доходит до заключенных.
Замечу, что в СИЗО даже койки устроены так, чтобы спать на них было максимально неудобно. В них нет сплошного дна – только несколько железных полос, и из-за тонкости выдаваемого матраца спать на них больно и вредно для спины. Необходимо решить проблему с очень ярким ночным освещением и увеличить количество разрешенной к хранению одежды.
Поскольку находящиеся в следственном изоляторе еще не осуждены, а их вина еще не доказана, было бы разумно отказаться от обязательного подъема и отбоя. Человек вправе сам решать, когда ему ложиться спать, а когда вставать.
На нарушения своих прав многие арестанты боятся жаловаться. Во-первых, большинство этих жалоб ни на что не повлияют, так как надзирающие органы в виде регионального управления ФСИН или прокуратуры игнорируют эти жалобы, ограничиваясь отписками. Во-вторых, администрация СИЗО может отомстить отстаивающему свои права заключенному: посадить его в карцер, перевести в камеру с отморозками или плохими бытовыми условиями, навесить полосу в личное дело (склонность к побегу или суициду), поставив его на спецнаблюдение и ограничив его права, отправить по этапу в плохой регион, запретить посещать ему спортзал, церковь и т.д.
Самое страшное, что наши суды устроены так, что если человек попал в машину уголовного судопроизводства и тем более в СИЗО, то он будет осужден почти со стопроцентной вероятностью независимо от того, виноват он или нет. Из СИЗО человек отправляется по этапу (изматывающему и длящемуся неделями и даже месяцами) в «исправительную» колонию, где условия существования зачастую еще хуже, чем в СИЗО. Там обычной практикой является и избиение зэков при поступлении в колонию, и рабский труд за несколько десятков рублей в месяц.
Одной из причин нарушения прав человека в следственных изоляторах и исправительных колониях является закрытость этих учреждений от общественного контроля. Сейчас таким контролем занимается Общественно- наблюдательная комиссия (ОНК). Надо дать больше полномочий таким комиссиям, и их требования по устранению нарушения прав заключенных должны обязательно выполняться администрацией СИЗО и колоний.
Комментарии для элемента не найдены.
