Анатолий Шикман Шкалу ценностей и иерархию жизненных приоритетов современников можно убедительно показать на вроде бы совсем непримечательном факте. В качестве примера достаточно привести несколько строк Бенедикта Сарнова, умеющего делать это мастерски: «Зав. отделом культуры ЦК Поликарпов – один из самых лютых ненавистников Булата – мрачно буркнул по поводу песни, начинающейся словами «Ах, война, что ж ты сделала, подлая…»: – Я в подлой войне не участвовал».
Песни Окуджавы были несовместимы с казенной идеологией и поэтому ненавистны властям, чье существование поддерживалось не столько личностями, сколько массой, толпой с соответствующим художественным воспитанием («Мы рождены, чтоб сказку сделать былью…», «Жила бы страна родная/ И нету других забот»). И вдруг появляется человек с негромким голосом и гитарой. Сарнов рассказывает о чуде, которое невозможно анализировать: безусловный приоритет государственных интересов над интересами человека перестал быть таковым после стихов и исторической прозы Булата Окуджавы. «Естественно, легко и просто – как дыхание – вылились и отлились в этих немногих словах два главных закона художественного творчества. Первый: «Как он дышит, так и пишет». И второй: «Не стараясь угодить», – замечает Сарнов.
Цитируя сравнительно недавно опубликованные документы, мемуарист рассказывает о порядках советской эпохи, когда талантливые люди (Ахмадулина, Евтушенко, Аксёнов, Солженицын…) были вынуждены произносить слова, которые «противно взять в рот». И о том, как редким людям – Окуджава один из них – удавалось вопреки всему оставаться самими собой. Еще один персонаж этой книги, Андрей Синявский, отбывший свое в лагере и ставший парижанином, не уставал повторять: «Писательство – это свобода».
О тех, кто с этим соглашался, и о тех, кто думал и жил иначе, вспоминает автор. Его яркие и пристрастные рассказы о писателях (Викторе Некрасове, Науме Коржавине, Фазиле Искандере, Владимире Войновиче, Юзе Алешковском, Борисе Слуцком, Варламе Шаламове, Александре Солженицыне, Владимире Максимове, Юрии Бондареве, Сергее Наровчатове…), политиках (Хрущеве, Горбачеве, Ельцине, Гайдаре, Явлинском, Хасбулатове, Руцком…), кинорежиссере Григории Чухрае и о своем к ним ко всем отношении не только увлекательны, но дают возможность увидеть и почувствовать счастье и мерзости столь недавней эпохи, о которой рано говорить как об ушедшей в историю.
