Надя Делаланд
Бредешь босая в обморок озерный... Камиль Писсаро. Купальщица в лесу. 1895. Музей Метрополитен, Нью-Йорк
* * *
Мой папа был стекольщик,
и теперь
я всем видна насквозь,
совсем прозрачна.
Тем, кто за мной, легко меня
терпеть,
когда не пачкать.
Непрочную, на раз меня
разбить –
вот я была, а вот меня
не стало
(она была? Да нет, не может
быть,
осколков мало).
Но я еще, пусть незаметно,
есть.
Ненужная, под солнечным
прицелом
еще свечусь. Особенно
вот здесь –
по центру.
* * *
человек соткан из музыки
и иди
пританцовывая за плугом
внимая ритму
уходящей жизни и помни
что ты один
ты один сотворен а она до сих
пор творится
но когда ты выйдешь из образа
сокрушен
снимешь шлем поморгаешь
мелко расправишь спину
и поймешь насколько грустен
ты и смешон
то стихи останутся
их из тебя не вынут
на табличках глиняных
резами в область вен
капилляров артерий
мышечной ткани кожи
нанесен их бисер правильный
муравей
и сплошные праздные
радостные стрекозы
* * *
у августа в оранжевом живом
трепещущем свечении сквозь
эхо
скользящих дней рассудок
кружевной
и память из рассыпчатого меха
встаешь в него под утро наугад
бредешь босая в обморок
озерный
где облако клубится как агат
и жемчуга выплевывает зерна
плывешь во тьме кувшинки
разводя
и всхлипывая сном воды
на ощупь
идешь ко дну и вечность погодя
выходишь на поверхность
как на площадь
лежишь лицом к прозрачной
простыне
небес и все светлеешь
и светлеешь
но чувствуешь что ночь еще
в спине
и если обернешься то успеешь
Успение
Дали холодную воду, зеленый
свет,
можно идти и пить
из воздушных струй,
нет никакого горя
и смерти нет,
лето еще, Успение,
долгий труд
жизни земной превращается
в неземной
отдых от всех грядущих
и дней и дел,
милая Богородица,
будь со мной,
спящая там, просыпающаяся
здесь.
* * *
Почему тебе меня не жалко,
женщину, склонную
к полноте
и пустоте?
В дао пустившуюся и жаркую,
спекшуюся в немоте
и глухоте,
маленькую, с волосами рыжими,
дрожащую в темноте
и наготе.
Легкая, руки тяну, возьми же
меня,
во всей простоте,
в постель.
* * *
Смотри, какие погоды стоят
нонче –
нежная поволока взвеси
прохладной,
тайное солнце тянется сквозь
проточный
смысл облаков обратный.
Но улыбнись – нас снимает
оттуда сверху
скрытая камера, круглым
горячим глазом
долго следит сквозь ласковую
прореху
облака, пыли, газа.
Мой горизонт завален,
склоняю набок
голову, чтобы выровнять
перспективу
жизненную. Понять бы –
чего мне надо.
Ой ли – побыть
счастливой…
