Николай Орлов 2 июня 2006 года член Совета Федерации, руководитель Ассоциации российско-армянского делового сотрудничества Левон Чахмахчян был задержан на выходе из офиса авиакомпании «Трансаэро», куда его пригласил председатель совета директоров «Трансаэро» Александр Плешаков. Официальные сообщения и комментарии СМИ были, мягко говоря, противоречивы. Обнаружили или нет у сенатора в момент задержания 300 тыс. долл.? Его ли это был портфель? По решению Басманного суда Москвы 1 февраля 2007 года Чахмахчян заключен под стражу. 6 ноября в Мосгорсуде начался закрытый судебный процесс. Вопросов много. На некоторые из них отвечает Гаянэ Еолян – супруга Левона Чахмахчяна.
– Фрагменты задержания многократно показывали по телевидению. Но каждый раз это напоминало плохо смонтированный фильм: отдельно – задержанный, отдельно – пачки долларов в портфеле┘
≈ Я не раз беседовала по этому поводу с мужем, который после того, что произошло, и подобных «видеотрюков» тяжело заболел и до 1 февраля 2007 года находился на излечении в одной из московских клиник. 2 июня 2006 года встреча в офисе авиакомпании «Трансаэро» даже не планировалась. В первой половине дня Плешаков несколько раз настойчиво звонил Левону Хореновичу и под разными предлогами уговаривал приехать к нему, даже sms прислал. По дороге муж купил сувенирную ложку. С ней и пришел на встречу, а вышел из кабинета с маленьким сувенирным макетом самолета «Трансаэро», с которым его и задержали. Как и еще одного представителя Ассоциации российско-армянского делового сотрудничества.
Обратите внимание: при них и близко не было никакого портфеля с деньгами! Портфель с деньгами принес кто-то другой. Спрашивается, кто столь услужливо и откуда «переместил» этот портфель к телекамерам? Чьи «пальчики» на нем остались? Ведь дактилоскопическая судебная экспертиза однозначно подтвердила, что отпечатков пальцев Левона Чахмахчяна и сотрудника Ассоциации там нет и в помине. Знакомясь с материалами дела, мой муж обратил внимание, что у портфеля, который Александр Плешаков якобы передавал сотруднику Ассоциации, и портфеля с деньгами, демонстрировавшегося по телевидению, вовсе разные размеры. Следствие этими и другими очевидными вопросами почему-то не озадачилось. Зато кем-то из подручных режиссера этого спектакля была немедленно вброшена в СМИ информация: портфель вынес то ли Чахмахчян, то ли сотрудник Ассоциации┘
Причем к глубокому, видимо, сожалению организаторов провокационного фарса даже видеомонтаж, что подтверждает видеотехническая судебная экспертиза (съемка велась скрытой камерой), не помог изменить ситуацию. Потому так и показывали: отдельно – задержанные, отдельно – деньги. А вот сувениры не показали – не та тема┘
– То есть, по вашему мнению, противоречивая, тенденциозно поданная в СМИ информация не случайна?
– Думаю, в таких делах случайностей не бывает. Объявили борьбу с коррупцией. На читателей и телезрителей обрушили информационный вал. Общественное мнение формировалось активно и быстро: «они виновны» – еще до суда и следствия! Разве такое допустимо в стране, где правит закон?
Свежий пример. В «Российской газете» от 7 ноября 2007 года некто В.Федосенко пишет: «Служебный документ попал через Арушанова к Чахмахчяну, а тот предложил за полтора миллиона «зеленых» изъять из акта сведения, компрометирующие авиакомпанию». Опять вранье – даже в обвинительном заключении, насколько я знаю, нет подобных утверждений. Не пора ли приводить в чувство клеветников, например, через суд, если они в здравом уме, или, если у них больное воображение, через другие учреждения?
В «деле Чахмахчяна» есть решения различных судебных инстанций, которые явно и откровенно противоречат друг другу, но┘ вступили в законную силу, не отменены и действуют одновременно. В то же время отсутствует согласие Совета Федерации на привлечение к уголовной ответственности, то есть с Левона Чахмахчяна не снята неприкосновенность, а потому, записывая встречи с моим мужем, Плешаков сам нарушил закон. Я уже не говорю о незаконном прослушивании телефонных разговоров действующего сенатора. Считаю также, что в ходе следствия на Левона Чахмахчяна пытались оказывать давление. Нам полгода не разрешали свидания. Один из помощников следователя Генеральной прокуратуры в грубой форме оскорбил его, унизив национальное достоинство и ударив по голове. В материалах дела имеются формулировки типа «лицо армянской национальности». И т.д.
Но все происходит так, словно для кого-то эти нарушения и нестыковки сути не меняют и фигуранты дела еще до суда рассматриваются как виновные в том, что еще предстоит доказать. Может быть, потому и процесс закрытый, чтобы такие «нюансы» не стали достоянием общественности? Вывод напрашивается сам собой: кому-то это нужно┘
– Ваши прогнозы о перспективах судебного решения?
– Вся профессиональная деятельность Левона Чахмахчяна посвящена служению Российскому государству и обществу, стремлению внести посильный вклад в развитие российско-армянских отношений. Он выступил одним из инициаторов создания Ассоциации российско-армянского делового сотрудничества. Он и сейчас предан исторической идее укрепления братства и дружбы между народами двух стран. Весной этого года, уже находясь в заключении, он передал статью, посвященную этой благородной теме и опубликованную в «Независимой газете». В Армении, где с болью и недоумением восприняли случившееся с Левоном Чахмахчяном, хорошо помнят его самоотверженное участие как ответственного секретаря Комиссии Политбюро ЦК КПСС, возглавляемой уважаемым Николаем Рыжковым, в ликвидации последствий спитакского землетрясения. Словом, очень хотелось бы надеяться, что у понятий «правосудие» и «справедливость» много общего.
