Екатерина Трифонова
Творческие занятия для заключенных настоятельно рекомендуются. Фото Григория Тамбулова (НГ-фото)
Федеральная служба исполнения наказаний (ФСИН) наращивает усилия по культурному воспитанию заключенных. Уроки театрального мастерства и пения, работа в музеях и мастерских народных промыслов должны способствовать исправлению осужденных. Матерная же и жаргонная лексика этому мешают, а потому решено в колониях ее запретить. Однако правозащитное сообщество и адвокаты большее внимание сейчас уделяют попыткам тюремных чиновников ввести в местах лишения свободы целый ряд ограничений для общественного контроля.
Как известно, Минюст планирует ввести в колониях и СИЗО новое правило: заключенным запрещено разговаривать на тюремном жаргоне, материться и использовать «оскорбительные, угрожающие или клеветнические выражения». Нарушителям обещан карцер, а тем, кто следит за языком, – поощрения и послабления. Причем говорить красиво зэки должны не только с сотрудниками ФСИН, но и между собой. Как утверждают в Минюсте, это позволит повысить уровень культуры за колючей проволокой.
В последнее время ФСИН вообще-то внедряет много инициатив, связанных с перевоспитанием сидельцев через творчество, образование и искусство. Им предоставлена возможность учиться новым профессиям, посещать духовные лекции и кружки рукоделия, заботиться о животных. В региональных СИЗО и колониях, к примеру, один за другим стали появляться музеи тюремного быта. Там собраны вещи, которые «изобретают» сами заключенные – например, написанная подручными средствами икона, самодельная ножовка, заготовка для изготовления игральных карт из рентгеновской пленки и т.д.
По словам адвоката Теюба Шарифова, творческий досуг заключенных часто обеспечивают общественники – они организуют в тюрьмах концерты, спектакли, танцевальные номера. Сотрудники ФСИН не препятствуют подобным инициативам, по их мнению, художественная самодеятельность хорошо способствует социализации и исправлению. Достигающим определенного уровня культуры заключенным уже обещаны «блага цивилизации» – например, они смогут пользоваться электронными устройствами, правда, без выхода в Интернет, чтобы брать напрокат электронные книги, заказывать закачку свежих выпусков газет и журналов.
Современная российская зона, по словам Шарифова, – это место довольно парадоксальное: «С одной стороны, досуг заключенных действительно сильно разнообразили за последнее время. Большие деньги выделяются на их обучение и рабочие места для них. Но при всем при этом в учреждениях ФСИН по-прежнему применяются откровенно карательные методы перевоспитания вроде пыток и избиений, в штрафных изоляторах морят голодом». Он отметил, что, скажем, на этой неделе правозащитники бьют тревогу: в девяти регионах ВИЧ-инфицированные заключенные уже несколько месяцев не могут получить гарантированную государством медпомощь. Кроме того, напомнил Шарифов, власти постепенно закручивают гайки уголовно-исполнительного законодательства. «Игнорируя конституционные права заключенных, власть отсекает общественников от контроля над происходящим в местах лишения свободы», – заявил собеседник «НГ».
И действительно, в Федеральной палате адвокатов (ФПА), например, раскритиковали предложенные чиновниками поправки к закону об общественном контроле за колониями и СИЗО. В них прописываются ограниченные полномочия по видеофиксации нарушений прав заключенных для членов общественных наблюдательных комиссий (ОНК), а также строгий перечень вопросов, которые правозащитники могут задавать заключенным. Как полагают в ФПА, эта инициатива существенно снизит уровень общественного контроля за правами осужденных, да и в целом, по мнению адвокатов, она противоречит уголовно-исполнительному законодательству.
Спорно, по оценке уже правозащитников из президентского Совета по правам человека (СПЧ), и намерение правительства в ближайшее время пересмотреть порядок формирования ОНК, наделив этим правом общественные палаты регионов наряду с федеральной Общественной палатой. Еще одна претензия СПЧ заключается в том, что этим же документом предлагается не допускать к наблюдению тех, кто выдвинут НКО – иностранными агентами, хотя во многих регионах самые активные члены ОНК как раз их и представляют.
