0
3566
Газета Политика Печатная версия

05.09.2022 20:54:00

Россия столкнется с донецким правосудием

В уголовно-процессуальном законе ДНР уже реанимировано советское прошлое

Тэги: военная спецоперация, украина, освобожденные территории, юриспруденция, законодательство, днр, лнр, донецкое правосудие, упк

Все статьи по теме "Специальная военная операция в Украине"

военная спецоперация, украина, освобожденные территории, юриспруденция, законодательство, днр, лнр, донецкое правосудие, упк Наиболее популярный в Донбассе лозунг читается как в одну сторону, так и в другую. Фото РИА Новости

Останутся ли республики Донбасса отдельными образованиями или войдут в состав РФ, все равно в скором времени встанет вопрос о путях развития их правовых систем. Как выяснила «Независимая газета», ДНР и ЛНР давно демонстрируют кардинально разные подходы. Если в Луганске в основном копировали нормы российского Уголовно-процессуального кодекса (УПК), то у соседей более востребована советская модель юриспруденции. Поэтому-то обтекаемо сформулирован принцип презумпции невиновности, нет суда присяжных и понятия допустимости доказательств, права адвокатов урезаны. Отдельные эксперты подозревают, что «донецкое правосудие» – это эксперимент, результаты которого, возможно, окажутся актуальными и для России.

С сентября российские власти планировали приступить к переобучению на новые правовые стандарты юристов с контролируемых войсками РФ бывших территорий Украины (см. «НГ» от 23.08.22). Выясняется, однако, что это будет вовсе не линейный процесс. Скажем, в Херсонской, Запорожской и Харьковской областях будет одна работа, а, например, в ДНР – несколько иная. Именно эта недавно признанная Россией республика Донбасса наиболее отдалилась от современности в советское прошлое.

Как пояснил «НГ» адвокат Вячеслав Голенев, изучение отличий законодательств РФ и ДНР/ЛНР «довольно полезно», ведь при дальнейшем развитии этих территорий обязательно возникнет вопрос о действующих там стандартах защиты и уголовного процесса. О неизбежности таких сравнений при попытках стандартизации говорится и в исследовании проекта «Адвокатская улица». Там размышляют, к примеру, на такую тему – мол, нынешняя ДНР в некотором смысле «идеальная модель» для России ближайшего будущего. Дескать, при анализе «донецкого правосудия» можно попытаться представить, какие векторы, возможно, ожидают и Россию «при полном исключении из законодательного процесса свободных СМИ, многопартийной системы, развитой адвокатуры и правозащитных организаций».

Это, кстати, все те институты, которые в ДНР или полностью отсутствуют, или формально значатся.

По словам Голенева, очевидно, что в ДНР гораздо более жесткий УПК, склоняющийся к прежней советской системе, в то время как законы ЛНР сильно приближены к современным российским. К примеру, там, как и в РФ, действует презумпция невиновности, но в донецком УПК она не прописана, вытекает разве что из текста Конституции республики. Как сказал «НГ» эксперт, этот принцип изложен в «довольно кривой форме» в задачах правосудия (ст. 2 УПК). Там сказано, что одна из них заключается в том, чтобы «ни один невиновный не был наказан». Кроме того, в ДНР нет суда присяжных, там действует советская модель народных заседателей – двух граждан от общества при профессиональном судье. Как представителей народа избирают и какова их компетенция, в законе не прописано. Голенев подтвердил, что, по сути, это возврат в прошлое – в современном суде присяжных «и людей больше, и делегируются ему вопросы факта, а не права».

Помимо прочего, в донецком законе значительно сужены права адвокатов, а некоторые его положения и вовсе посягают на гарантии их независимости. В частности, говорится, что «полномочия защитника в деле удостоверяются ордером и соглашением», хотя последнее – это предмет адвокатской тайны. «Это как раз то, с чем давно уже боролась наша адвокатура», – напомнил Голенев, подчеркнув, правда, что силовики иногда еще продолжают спрашивать с защитников такие соглашения, «хотя этого требования нет в законах РФ, а суды не раз указывали на его недопустимость». Или, скажем, неявка адвоката на судебный процесс сразу влечет за собой уведомление в адвокатскую палату вне зависимости от причин его отсутствия. Другой же принципиальный момент – защитник после допуска к участию в деле может отказаться от исполнения своих обязанностей, аргументируя отказ недостаточными знаниями или компетентностью. В ЛНР по этому вопросу скопирована российская норма о недопустимости отказа от защиты.

192-3-1480.jpg
Фемида в Верховном суде ДНР сохранила
советские черты и традиции.
Фото с сайта www.dan-news.info
Но зато в УПК ДНР нет такого понятия, как недопустимость доказательств, то есть таких, которые могли быть собраны с нарушением закона или в обход защиты. В вопросах, связанных с доказательной базой, «кодекс ДНР очень скуп и беден», указал Голенев. Там просто нет критериев допустимости и относимости – этих двух базовых принципов любого процесса. А значит, это существенное сокращение гарантий стороне защиты, которая априори не может внести соответствующих возражений. И кстати, УПК ДНР предусматривает обязательное участие защитника лишь для отдельных уязвимых категорий граждан, как это было в СССР, когда адвокат от государства полагался лишь приговариваемым к смертной казни, несовершеннолетним либо гражданам с проблемами психики.

Заместитель исполнительного директора – руководителя аппарата Ассоциации юристов России Денис Смола напомнил «НГ», что республики Донбасса сейчас находятся в состоянии военного положения, этим, по его мнению, и объясняется отсутствие схожести некоторых норм уголовного и уголовно-процессуального характера с российскими. «Российскому юристу, как и гражданину РФ, не связанному с юридической профессией, странным может показаться и то, что республики не имеют пока четкой законодательной базы как в уголовной, так и в гражданской и иных правовых сферах», – согласился он. Но в то же время рассказал, опираясь на опыт недавнего общения с судейским и адвокатским сообществами ДНР/ЛНР, что там до сих пор при рассмотрении и уголовных, и гражданских дел, а также при оказании юрпомощи, применяется законодательство обоих государств – и России, и Украины. Понятно, что в той части, которая не противоречит конституциям этих республик и их отраслевым законам. Так что, подчеркнул Смола, «пока идет процесс становления государственности на новых территориях в условиях военного времени, не стоит ожидать развития гуманных основ и принципов в уголовном и уголовно-процессуальном законодательстве».

Однако федеральный судья в отставке Сергей Пашин уверен, что на самом деле все отличия отдельно между ДНР и ЛНР и их вместе – от России не имеют особого значения. Потому что «гораздо важнее не то, как написаны законы, а то, как они применяются». А действовать законы будут по известной схеме – как повелит начальство: «В Крыму, пока это еще была Украина, была своя норма оправданий – разрешалось до 10% подсудимых. После 2014-го практика изменилась – и для судей, кстати, наиболее безболезненно. Для них ведь все просто: запретили оправдывать – значит, и не будут». А так и в советском УПК, напомнил он, тоже было много выдающихся и красиво изложенных норм, в том числе упоминалась и презумпция невиновности, «но разве не судили диссидентов или не было репрессивной юстиции?». Де-факто презумпцию невиновности силовики не понимают сейчас и в России, настаивает Пашин, хотя, казалось бы, этот термин знаком всем.

Так что сейчас, по его мнению, основной вопрос в том, будут ли ДНР и ЛНР в дальнейшем входить в состав РФ или останутся самостийными? «Если решится, что это Россия, то тогда все очень быстро повернется. Поменять законодательство – это раз и готово. С Крымом так и было». И практику, уверен он, тоже будет достаточно легко переломить: «Начальников сменят, а поскольку система работает как пирамида, то они быстро наведут порядок на местах. Никто и не захочет ссориться с источником своего «хлеба с маслом». Если же ДНР/ЛНР будут самостоятельными республиками, то они просто будут что-то заимствовать у РФ, но «это не значит, что будет специальная работа по приведению законов в соответствие с российскими». Что-то будет похоже, а что-то будет и по-другому. Но, конечно, считает Пашин, на Донбассе будут ориентироваться на Россию, а та, в свою очередь, тоже может «использовать этих сателлитов, чтобы опробовать какие-то решения». То есть, пояснил он, все то, что пока властям еще нельзя прямо сделать в России, они будут делать там и смотреть, как народ отреагирует. «Давно же вынашивают в проектах идеи, что адвокатам надо предъявлять соглашения с доверителями. Да мало ли что еще можно опробовать – и новые негласные виды следствия, и смешение оперативно-розыскных и процессуальных действий. То есть не факт, что это будет одностороннее законодательное движение. Возможно, власти РФ, испробовав что-то там, потом работоспособные новации постараются внедрить и у себя», – подчеркнул Пашин. 


Читайте также


Киево-Печерскую лавру отобрали у УПЦ и отдали ПЦУ?

Киево-Печерскую лавру отобрали у УПЦ и отдали ПЦУ?

Редакция НГ-Религий

Зеленский предлагает рассмотреть вопрос о частичном уничтожении УПЦ

0
1680
Проблемы на фронте чудо-оружием не решить

Проблемы на фронте чудо-оружием не решить

Александр Храмчихин

Хотя американская космическая разведка доставляет России серьезные неприятности

0
3467
Спецоперация переходит в конфликт на истощение

Спецоперация переходит в конфликт на истощение

Владимир Карнозов

Противоборствующие стороны усиливают экономическое воздействие на противника

0
2832
Уязвленный патриотизм порождает истерику

Уязвленный патриотизм порождает истерику

Александр Храмчихин

Сравнение спецоперации на Украине с Великой Отечественной неразумно

0
1394

Другие новости