Иван Родин
Фото сайта kremlin.ru
В Госдуме 11 июня запланирован традиционный доклад уполномоченного по правам человека в РФ (УПЧ) о деятельности в 2023 году. По заведенному обычаю Татьяна Москалькова предварила это мероприятие отчетом перед президентом. Среди прочего омбудсмен напомнила Владимиру Путину о его гуманных решениях ограничить практику заключения обвиняемых под стражу. Но предупредила, что в своем выступлении будет вынуждена отметить: почему-то для судов так и остается наиболее актуальной именно самая строгая мера пресечения.
На представление и обсуждение ежегодного доклада УПЧ Госдума заранее выделила не более двух часов. В это время необходимо уложить и сам доклад федерального омбудсмена, и три содоклада, а также вопросы-ответы и выступления представителей пяти фракций. Так что эти жесткие рамки все-таки, видимо, придется раздвигать, ведь Москалькова намерена обратиться к депутатам с рядом конкретных предложений о законодательном устранении выявленных в государстве недостатков.
О части своих претензий она уже публично сообщила на встрече с президентом РФ 10 июня. Это тоже такой устоявшийся обычай, когда омбудсмены перед выходом в Госдуму знакомят Путина с основными тезисами документа. Весь вопрос в том, какие при этом делаются акценты и в какой форме. Но Москалькова достаточно опытный чиновник, для того чтобы в этом ошибаться. Поэтому разговор УПЧ с гарантом Конституции был выстроен грамотно. Сначала Москалькова представила общие цифры, а потом перешла к главной на сегодня частности – поддержке участников СВО и членов их семей.
Как полагается по закону, в докладе УПЧ должно быть отражено, какие права для каких категорий людей стали более доступными, а с какими все еще есть проблемы. Общая статистика, по ее словам, такова: «За два года удалось в три раза улучшить результаты и помочь адресно более 17 тыс. граждан, а вместе с коллективными обращениями – это 87 тыс. Но увеличилось количество поступающих к нам обращений – до 93 тыс. с лишним. Эта динамика продолжается, потому что растет доверие людей к институту». Москалькова заметила, что растет и требовательность граждан. Так что омбудсмены – федеральный и региональные не только обращаются в прокуратуру, но и все чаще подают административные иски в суды.
В той части, которая касалась СВО, УПЧ не могла не сообщить, что делается по проблеме обмена пленными с украинской стороной, однако президент отреагировал на это односложным «хорошо». Не последовало от него реплик и тогда, когда Москалькова публично возмутилась: «И, конечно, по-прежнему остается, как ни странно, большое количество обращений, связанных с заключением под стражу. Эта мера пресечения, несмотря на то что вы неоднократно поднимали эти вопросы и на коллегии Генеральной прокуратуры, у нас по-прежнему остается очень актуальной. Даже есть случаи, когда следствие просит домашний арест, а суд дает меру пресечения в виде заключения под стражу».
Отдельно же его заинтересовал вопрос, продолжает ли действовать Научно-образовательный центр по правам человека? И тут Москалькова опять продемонстрировала свое политическое чутье, не просто утвердительно ответив на вопрос президента, а подчеркнув востребованность данной структуры в нынешние времена. «Нам многие годы навязывали свое понимание прав человека и свое понимание защиты прав человека. Сегодня мы существенно изменили это понимание. И, конечно, человек в своих правах – это его социальное благополучие, право на жизнь, право на счастье. Вот это все, а не только права отдельных узких категорий людей, мы и стараемся обеспечить», – заявила омбудсмен.
Дарья Гармоненко 