Надежда Муравьева Колман Баркс. Суть Руми/Пер. с англ. С.Сечива. – М.: Гаятри, 2007, 672 с.
Книга американского поэта и переводчика Колмана Баркса – это не рассуждения о великом мистике Руми и его поэзии. Нашему вниманию представлены поэтические произведения самого Руми: его озарения, поучения, стихи и поэмы.
Колман Баркс – сегодня самый известный переводчик этих изысканных творений, который, кстати сказать, не претендует на первую роль в этом союзе двух поэтов: «Мне напрасно приписывают какие-то особенные отношения с Руми┘ Поэту такого потрясающего масштаба и глубины, как Руми, необходимо иметь много разных переводчиков и интерпретаторов. Ежедневно в мире продается более сотни книг Руми в моих переводах, а книг моей собственной поэзии – около пяти штук в месяц. Такое сравнение заставляет быть скромным┘» – пишет Колман Баркс. К слову сказать, русскоязычное издание Баркса тем самым – перевод перевода.
Джелалэддин Балхи, великий поэт-мистик, получил прозвище Руми, когда семья его перебралась в Турцию, спасаясь от вторжения монголов в Хорезм. Собственно, Руми обозначает «из Романской Анатолии», то есть «из Турции». Это не единственное его прозвище. Поэт-суфий, создавший братство «Вращающихся дервишей», среди своих учеников и последователей носит имя Маулана, что в переводе означает «Наш господин».
Он писал на смеси фарси, арабского, турецкого и греческого языков. Безусловно, его наследие нелегко в полной мере понять, не владея этими языками, но таких познаний трудно, да и невозможно требовать от современного человека. В этом смысле перевод Баркса, пользующийся колоссальным успехом во всем мире (существуют оперы, чьи либретто написаны на стихи в его переводах, не говоря уж о песнях), свою миссию исполняет весьма достойно. Читатель может познакомиться с поэзией Руми, не прикладывая к этому никаких особенных усилий. Между прочим, судя по тому, как быстро распродаются издания и переиздания переводов Колмана Баркса в Америке, персидский мистик сделался там чуть ли не самым известным поэтом всех эпох и времен. Недаром ЮНЕСКО объявило этот год Годом Руми.
Задача мистического поэта, по словам Руми, это «описание яблоневого сада в тумане языка». Осязание тайного сада души словами вовсе не означает, что поэзия подобного рода не может быть веселой или даже скабрезной. В восточной традиции притчевый жанр в чести, и Руми не брезговал им, излагая в стихах очередное поучение.
И все же большинство из них – разговоры с Богом, где обращение «ты» определяет самую суть бесконечного внутреннего поиска и разговора. Монолог здесь только для вида, в сущности, стихи Руми глубоко диалогичны. Это может быть не только разговор с Создателем, но и запись бесед, на протяжении десятилетий ведшихся в суфийской общине, которой руководил Руми. Огромный опыт насыщенной внутренней жизни, молитвенные экстазы и притчи, призванные упорядочить хаос в головах учеников, составили наследие поэта.
Недаром Колман Баркс в предисловии замечает: «Двадцать семь глав этой книги – головокружительные и полные таинственного смысла палимпсесты, плавающие разноцветными поплавками в океане воображения Руми┘ Невидимое, но реальное единство всего сущего, запечатленное в формуле ислама «Ля-илляха иль-Аллаху» («Нет иной реальности, кроме Бога») – вот сквозная тема этой книги, все остальные темы – лишь следствие этой главной на низших уровнях общности».
