Рациональное зерно среди плевел заблуждений

Сухейль Фарах. Духовная секуляризация и религия: опыт христианства и ислама. – М: 2008. – 182 с.

Проблема роста религиозного экстремизма стоит сегодня особенно остро на Ближнем Востоке, в частности в Ливане – на родине президента Ливано-Российского дома, доктора философских наук, профессора Сухейля Фараха. Многие годы Фарах живет и работает в России – стране, где 70 лет господствовал воинствующий атеизм. Вот почему новая монография ученого посвящена поиску компромисса между двумя непримиримыми и крайне опасными для общественного развития крайностями: религиозным фанатизмом и радикальным «сциентизмом». Если первый стремится подчинить все сферы жизни средневековым догмам, то второй, основываясь на вульгарном материализме, отказывает религиозному мировоззрению в праве на существование.

«Духовная секуляризация и религия...» – книга скорее для академических штудий, чем для легкого чтения. Этим объясняется ее нагруженность цитатами из сочинений ученых и богословов прошлого и настоящего Востока и Запада, дающих широкую картину развития представлений о сущности и критериях истинности знания, как научного, так и религиозного, о принципах разделения духовной и светской сфер жизни. Читатель встретит не только такие имена, как Тейяр де Шарден, Мишель Фуко, Николай Бердяев, но и познакомится с широким пластом практически неизвестной в нашей стране религиозно-философской мысли арабского Леванта – стран Восточного Средиземноморья.

Особенно интересно прочтение ливанскими христианскими философами социально-религиозного наследия раннего христианства, базирующегося на словах Христа «Отдавайте кесарево – кесарю, а Божие – Богу» (Мф.: 22, 21) и «Мое царствие не от мира сего» (Ин.: 18, 36). По мнению автора, «благодаря своим представлениям раннее христианство оказалось лучше, чем иные религии, приспособленным не только для создания универсального духовного призыва, но и для того, чтобы сформировать предпосылки светской философии исходя из особенностей мирского бытия и принципа его самостоятельного существования как прибежища для человека и опоры для его деятельности». В дальнейшем христианская – как православная, так и католическая – арабская мысль Востока обогатилась идеями французского Просвещения. Именно благодаря этой философской традиции, по мысли автора, стало возможным формирование толерантного общества в Ливане, межрелигиозное равновесие в котором, однако, подвергается в последние десятилетия серьезным испытаниям.

«Жестокий натиск модернизации обрушился на Ближний Восток», – пишет Сухейль Фарах. Мусульмане восприняли новые вызовы как покушение на свои традиционные ценности в большей степени, нежели христиане. Модернизационные тенденции в глазах арабов связаны с экспансией Запада, и именно поэтому мусульманским мыслителям не удалось, по мнению автора, в полной мере использовать рационалистический потенциал исламского наследия раннего Средневековья. Исламские богословы сосредоточились на задачах сохранения традиционных ценностей от «тлетворного» влияния Запада.

Эти особенности стали причиной некоей вульгаризации представлений о роли и месте духовности в жизни арабского общества. «На Востоке большей частью приходится иметь дело не с религиозным сознанием в возвышенном и глубоком смысле слова, а прежде всего и почти исключительно с повседневным конфессиональным сознанием», – считает Фарах. Религиозная принадлежность становится инструментом политической самоидентификации.

Вместе с тем многовековая история религиозной и философской мысли Ливана и других арабских стран Средиземноморья дает основу для формулирования новой концепции, способной разрешить противоречия между рационализмом и верой в современном арабском мире. Автор вводит понятие «духовная секуляризация» – это некий ключ к тому процессу, который, по его мнению, поможет найти срединный путь между религиозным фанатизмом и радикальным отрицанием духовных ценностей. «Нельзя построить и сохранить светское общество, не уважая исторической памяти, которая живет в религиозном сознании и занимает важное место в мире интуиций народной души». Светская власть освобождает религиозных деятелей «от гнета мирских» дел, а духовные лица сохраняют для общества нравственные ориентиры. Львы и агнцы возлягут рядом ради блага арабского мира – именно таким представляется общественное согласие на страницах книги Сухейля Фараха.