Максим Шевченко - Господин Баргути, в мощных столкновениях с израильскими солдатами, которые проходят по всей территории Палестины, участвуют в основном подростки или совсем дети. Почему такая славная своим боевым прошлым организация, как ФАТХ, не принимает активного участия в интифаде?
- Я не согласен. Там не только одни дети. В акции протеста вовлечены люди всех возрастов, всех сословий, всех профессий, в них участвуют даже женщины. Это нормально. Интифада стала уже традицией палестинского народа, и он весь без исключения поддерживает интифаду. Но израильские солдаты стреляют в этих людей и сознательно убивают их, целясь особенно в молодых людей и детей. Сдержать негодование участников интифады нелегко. Если бы мой сын захотел пойти туда под пули, я бы сказал ему: "Иди".
- Но существует ли возможность непосредственной поддержки интифады вашими вооруженными людьми?
- Что вы имеете в виду?
- Я имею в виду то, что вы располагаете хорошо вооруженной организацией.
- Это не хорошо вооруженная организация.
- Но все-таки ваша история борьбы против Израиля...
- Да, разумеется, у нас есть традиция вооруженного противостояния израильской оккупации. Сегодня мы имеем только небольшую и фактически разоруженную группировку. Часто говорят о тысячах вооруженных людей из ФАТХ, но очевидно, что это израильская пропаганда. Мы даже не имеем тяжелого вооружения.
- Какова ваша стратегия? Можно ли с помощью интифады изменить израильскую позицию по отношению к тому, что называется мирным процессом.
- Первая волна интифады поднялась после визита Ариэля Шарона на Храмовую гору в Иерусалиме. И насилие началось по вине Израиля, из-за его колониальной и оккупационной политики, которую практически невозможно изменить. Мы требуем остановить израильское насилие на улицах наших городов, мы требуем прежде всего соблюдать те соглашения, которые они с нами заключили за последние годы. Поэтому интифада не против мирного процесса, а за него, но не за мирный процесс в понимании Израиля. Я думаю, что настало время принципиального разрешения этого конфликта. Интифада не может продолжаться вечно. Но она будет продолжаться до конца израильской оккупации.
- Разве начало мирному процессу не было положено в Кемп-Девиде?
- Кемп-Девид был израильской победой, помогающей закрепить статус оккупации.
- Что вы думаете о соглашениях, принятых в Шарм-эш-Шейхе?
- Это не соглашения, а перемирие, передышка, необходимая Израилю для того, чтобы придти в себя и продолжить насилие и свои агрессивные атаки. В Шарм-эш-Шейхе политические лидеры могли почувствовать послание интифады.
- Как вы собираетесь решать, в случае успеха, проблему израильских поселков, окружающих многие палестинские города?
- Это не поселки, а нелегальные оккупационные поселения, которые расположены на нашей земле, в нашей стране. Эти поселения - часть израильской оккупации. Вы не встретите наших поселений около Тель-Авива, но увидите много израильских вокруг Рамаллы. Они должны покинуть нашу страну, это совершенно очевидно.
- Что вы ожидали от саммита Лиги арабских государств?
- Во-первых, политическую поддержку со стороны арабских государств в справедливости претензий палестинского народа на Восточный Иерусалим. Во-вторых, политическую поддержку интифады, разумеется, так же, как финансовую и экономическую поддержку.
- Возможна ли сегодня война союза арабских государств против Израиля?
- Сегодня нет. Но, возможно, это случится в будущем, если Израиль не одумается и не пойдет нам навстречу и политика террора будет продолжаться.
- Как вы воспринимаете политику такой организации, как ХАМАС?
- ХАМАС - это часть палестинского народа. Мы координируем нашу деятельность с ним и вместе боремся за права палестинского народа. Все политические фракции и партии Палестины объединились сегодня в едином порыве.
- Исламский радикализм не является для вас серьезной проблемой?
- Нет. Мы контролируем ситуацию и строим светскую демократическую Палестину.
- ФАТХ контролирует ситуацию во всех частях Палестины: в Рамалле, в Хевроне, в секторе Газа?
- Да, но мы не можем контролировать естественные проявления чувств со стороны больших масс людей. Это просто невозможно.
- Как вы видите роль и возможности политического участия в проблемах региона России?
- В прошлом Россия играла огромную роль не только на Ближнем Востоке, но и вообще в мире. Она сильно поддерживала дело палестинского народа, и мы ощущали эту колоссальную поддержку. Запад, как всегда, хотел уменьшить степень влияния России в арабском мире. Мы хотели бы, чтобы Россия участвовала в разрешении кризиса и установлении мира, который наступит после победы интифады. Но Америка монополизировала мирный процесс.
- Что такое политика Америки в регионе для вас?
- Политика Америки всегда одна и та же - поддерживать Израиль во чтобы то ни стало. Вы, русские, добровольно отдали Америке ведущую роль в мире и тем самым ослабили те страны, которые надеялись на вас и боролись против Америки. Поэтому зачем сегодня спрашивать о роли России? Мы бы хотели, чтобы Россия играла хоть какую-то роль, но позволит ли это сделать Америка...
Рамалла
