Игорь Субботин
Иранские власти настаивают, что Корпус стражей исламской революции (КСИР) – часть вооруженных сил Ирана и введение против него санкций незаконно. Фото Reuters
Европейские страны рассматривают вопрос о внесении Корпуса стражей исламской революции (КСИР), наиболее влиятельной в Иране военно-политической структуры, в список террористических организаций. Об этом сообщили власти Германии на фоне подготовки санкций против Тегерана за силовые меры в отношении участников антиправительственных акций. Учитывая то, что в недалеком прошлом члены Евросоюза выступали за относительно мягкие подходы к КСИР в рамках переговоров о восстановлении «ядерной сделки», присвоение ему «террористического» ярлыка будет означать отказ от прежней политики.
О том, что страны ЕС рассматривают различные санкционные варианты в отношении Ирана, заявила министр иностранных дел Германии Анналена Бербок. «Мы также изучаем, как мы можем включить КСИР в список террористических организаций», – проинформировала глава внешнеполитического ведомства. Так она отреагировала на вопрос о реакции Запада на продолжающиеся в Иране седьмую неделю антиправительственные акции. Волнения начались из-за трагедии с 22-летней девушкой Махсой Амини, которая скончалась 16 сентября после задержания местной полицией нравов за неправильное ношение хиджаба. Критики власти уверены, что против молодой иранки курдского происхождения правоохранители применили насильственные меры.
Тегеран не преминул ответить на высказывания Бербок. «Заявление властей ФРГ относительно внесения КСИР в санкционный список представляет собой продолжение непродуманной политики этого государства в отношении Исламской Республики, – отметил, выступая на брифинге, официальный представитель МИД Ирана Насер Канани Чафи. – КСИР является частью вооруженных сил Ирана, и введение против него каких-либо санкций незаконно». Спикер внешнеполитического ведомства выразил надежду, что германское правительство «подумает о последствиях своих неконструктивных действий» и не будет приносить собственные интересы в жертву «мимолетным политическим выгодам».
«Террористический» ярлык был присвоен КСИР администрацией экс-президента США Дональда Трампа. Нынешний американский лидер Джозеф Байден, являясь сторонником идеи перезаключения «ядерной сделки» с Ираном, допускал отказ от «статусных» санкций, чтобы форсировать диалог. Считалось, что именно это требование – вывести КСИР из черных списков – было одним из ключевых для Тегерана. Но позже на Белый дом было оказано общественное давление с требованием не делать уступок КСИР. Переговоры вокруг ядерной программы Тегерана в итоге так и остались в подвешенном состоянии, а начавшиеся в Исламской Республике протестные акции превратились в еще один фактор, влияющий на готовность Запада вести диалог.
Интереснее выглядит то, что Европа долгое время выступала сторонницей прагматичного подхода к Ирану и к проблеме КСИР, в частности защищая идею сохранения с ним деловых контактов. Как сообщало в середине августа издание Politico, в Брюсселе официально предлагали Вашингтону смягчить меры давления на Корпус, чтобы отреставрировать «ядерную сделку». Так, одна из дипломатических инициатив ЕС допускала, что неамериканцы, которые имеют бизнес-интересы в Иране, не должны подвергаться рестрикциям «только из-за того, что эти представители Ирана участвуют в отдельных сделках с подсанкционными лицами, включая Корпус стражей исламской революции, его официальных представителей, дочерние организации и филиалы».
Как констатировал в разговоре с «НГ» эксперт Российского совета по международным делам Никита Смагин, в последнее время Европа действительно продемонстрировала склонность рассматривать иранское досье через призму прав человека. «Это означает уход как минимум на второй план тех прагматичных экономических интересов, которые раньше доминировали в европейской внешней политике на иранском направлении», – обратил внимание аналитик, допустив, что ужесточение подходов может означать и вытеснение из европейской повестки мягких концепций применительно к властям Исламской Республики. «В теории ситуация может поменяться, но пока она выглядит так. Тренд, видимо, сохранится», – добавил Смагин.
«Что касается практического значения внесения КСИР в список террористических организаций, не думаю, что здесь поменяется что-то существенно, – рассуждает собеседник «НГ». – После того как США внесли КСИР в список террористов, для Корпуса это не сильно что-то изменило. Единственным важным моментом стало то, что после этого Трамп распорядился уничтожить командующего силами «Кудс» в составе КСИР Касема Сулеймани. Так что внесение в список увеличивает вероятность столкновений, потому подобное решение развязывает вооруженным силам руки в нанесении ударов по объектам со статусом террористов». В этой ситуации вероятность перехода «красной черты» увеличивается, подчеркнул эксперт.
«Кроме того, возможны некоторые ограничения для компаний, связанных с КСИР», – напомнил Смагин. По его словам, в США таких фирм не было, однако в Европе очень много тех, кто ведет деловые контакты с аффилированными с КСИР структурами. «Речь в первую очередь идет о возможном ограничении, например, полетов авиакомпании Mahan Air, которая напрямую связана с Корпусом, – допустил собеседник «НГ». – Это может задеть и некоторые другие структуры, которые косвенно аффилированы с организацией». Однако в целом эффект таких санкций небольшой, потому что против КСИР и без этого было введено очень много рестрикций, в том числе со стороны европейских стран, напомнил Смагин.
