Григорий Заславский Олицетворением перемен, которые коснулись, кажется, всех сторон жизни культуры, принято стало считать нового министра культуры России Михаила Швыдкого. Можно, наверное, поднять планку и выше и заметить, что именно с Путиным пришли все сегодняшние перемены, то есть перемены, случившиеся за 2000 год. Но что думает о тех или иных культурных мелочах президент России, большинству не только россиян, но даже деятелей культуры неведомо. Мы знаем лишь, что 31 декабря 1999 года Владимир Путин взял с собой на новогоднюю елку в Чечню Михаила Боярского, Александра Розенбаума. Знаем, что на празднование своего дня рождения в Павловск, где гостей было по всем меркам немного, пригласил тех же и еще Кирилла Лаврова. Что поздравить с юбилеем старается всех, всем шлет добрые телеграммы, а к Константину Райкину пришел сам и говорил хорошо... Все это, может быть, говорит о вкусах Владимира Путина, но не о той культурной политике, которая появилась наконец после многих демократических лет отсутствия таковой.
Больше чем о личных пристрастиях президента, говорит его встреча с Александром Исаевичем Солженицыным (что, не преминем заметить, задолго прогнозировала "НГ"). Так просто - например, поговорить о литературе - с Солженицыным не встречаются. И вряд ли поводом к разговору стали давние солженицынские идеи о расширении языка (хотя и это достаточно политичная мысль)... Судя по всему, речь можно вести о близости позиций или даже идейном сродстве (насколько нам известно, первая встреча не стала последней).
Но именно Михаил Швыдкой стал "информационным носителем" и активным проводником новой политики государства в области культуры. Многие, кажется, небезосновательно полагают, что именно он и является инициатором такой политики.
В среде творческой интеллигенции, тем более той интеллигенции, которая обретается на стыке творческой и научной - педагоги творческих вузов, библиотекари и музейные работники, - обычны жалобы на неважное финансирование. А откуда взяться хорошему?! При советской власти платили творцам, не скупясь, - творцы же, понимая, за что именно им платят деньги, отвечали на высказанные и невысказанные запросы партии и правительства. Когда советская власть почила в бозе, художники освободились, и даже демократическая власть потеряла интерес к творческой интеллигенции: за что платить, когда платить не за что?! За свободное творчество? Смысла нет.
Чтобы заставить государство снова платить за культуру, надо было убедить государство, что такая культура ему нужна. И Михаил Швыдкой вернул все эти государственные резоны в область культурного строительства и финансирования культуры.
Минувший год был ознаменован и переменами в области идеологии культуры (подготовка соответствующей Федеральной программы - на долгую перспективу), и появлением того, что можно было бы назвать новой государственной риторикой в культуре, и активным вмешательством в вопросы управления конкретными учреждениями. 2000 год - год больших перемен в Государственном академическом симфоническом оркестре (смена главного дирижера произошла в прошлом еще декабре, но дирекцию меняли уже в этом году), довольно жесткие заявления, а затем и жесткие шаги по смене ректора Московской консерватории, не только кадровые перестановки, но и принципиальные перемены в руководстве Большого театра... К этому можно добавить еще и вынужденный поиск нового художественного руководителя для МХАТа имени Чехова и, как и в случае с Большим, - последующую смену всей модели руководства главным драматическим театром России. Можно предположить, что новые подходы федерального руководства позволили осмелеть и московскому культурному руководству.
Картина будет неполной без упоминания уже объявленных двух конкурсов на лучшую современную пьесу - для двух театров: МХАТа имени Чехова и петербургского БДТ, и в целом - внедрение новых подходов в вопросе заказа современных пьес и их последующего продвижения.
На границе с "чистой политикой" - начало процесса реституции (как бы кто иначе ни называл то, что случилось накануне 9 Мая, когда Германия вернула России кое-какие мелочи из царскосельских интерьеров, а Россия Германии - коллекцию рисунков) и принятие нового гимна, когда власти, в том числе и высокопоставленные чиновники из Минкульта, довольно цинично или, если угодно, хладнокровно отреагировали на недовольство некоторых лево-правых интеллигентов. Политика, когда она уже есть, не может обращать внимание на ропот недовольных.
