0
5103
Газета Культура Печатная версия

06.06.2021 19:00:00

Полина Коротчикова: "Сложился миф Ирана об Иране"

Куратор выставки "Роскошь заката" – о европейском влиянии и сложностях изучения эпохи Каджаров

Тэги: выставка, роскошь заката, иран, каджарское искусство, музей востока, полина коротчикова, интервью


выставка, роскошь заката, иран, каджарское искусство, музей востока, полина коротчикова, интервью Эпоха Каджаров длилась с конца XVIII века до 1925 года. Фото предоставлено пресс-службой Музея Востока

На большой выставке «Роскошь заката: Иран эпохи Каджаров» в Музее Востока из 300 экспонатов основная часть показана впервые. Это чуть меньше трети собрания каджарского искусства Музея Востока – как там говорят, одного из самых представительных в мире. Кроме того, эпоха, длившаяся с конца XVIII века до 1925 года, проиллюстрирована вещами из Фонда Марджани, Государственного архива РФ (ГАРФ) и Кунсткамеры. Сокуратор проекта Полина КОРОТЧИКОВА (выставку они готовили с Марией Кулланда) рассказала корреспонденту «НГ» Дарье КУРДЮКОВОЙ о том, как избирательно искусство Ирана заимствовало элементы европейской культуры и как европейцы способствовали созданию мифа этой державы о самой себе.

Полина, на выставке есть упоминания о литераторе Владимире Тардове и востоковеде, отправленном в политотдел Волжско-Каспийской флотилии Рудольфе Абихе, которые подарили Музею Востока произведения эпохи Каджаров, при этом пишут, что у вас одна из крупнейших коллекций этого периода – наряду с Лувром, Музеем Виктории и Альберта и Эрмитажем. Как она формировалась?

1480.jpg
Полина Коротчикова
– Она действительно очень большая, но говорить о серьезных вложениях конкретных людей, помимо Тардова и Абиха, не приходится. Много единичных вещей было подарено или куплено у конкретных людей, от которых не осталось никаких данных, кроме фамилий. Некоторые экспонаты поступили из Государственного музейного фонда (куда, в свою очередь, попадали разными путями), Музея Строгановского училища, Музея народоведения и других мест. А в процессе работы с музеем-усадьбой «Остафьево» выяснилось, что, например, живопись и металл Каджаров у нас во многом происходят как раз из усадьбы Вяземских-Шереметевых.

Они сами собирали такое искусство?

– Для меня это большой вопрос, с ним нужно разбираться. К выставке в «Остафьево» у нас запросили произведения, и таким образом мы выяснили их происхождение.

Портреты, в которых наряду с традициями персидской миниатюры проступает европейское влияние, производят, наверное, самое сильное впечатление на выставке. Когда в Иране появилась станковая живопись – при Сефевидах?

– При Сефевидах Иран познакомился с европейским искусством, но не со станковой живописью. В Исфахан, который называли «столицей мира» из-за активной торговли, приезжали европейцы и привозили туда гравюры – быстрое в распространении искусство. Поэтому представления о европейском искусстве формировались на основе печатной графики, и какие-нибудь персидские дамы у окна с пейзажем появились после ренессансных изображений Мадонны с младенцем. Мастера, работавшие в этом стиле на излете эпохи Сефевидов, например Мухаммад Заман, занимались в основном миниатюрой, но в ней появилось пространство, европеизированный пейзаж и т.д. Между Сефевидами и Каджарами были еще две краткосрочные династии Афшаридов и Зендов. Тогда, около середины XVIII века, сефевидское влияние начало трансформироваться в станковую живопись. А Каджары стали использовать ее для своих целей.

Мирза ал-Хасан Гаффари, придворный художник шаха Насир ад-Дина (1848–1896), выступавшего за европеизацию, учился в Европе и вслед за шахом присматривался к фотографии. Государство финансировало ученичество художников за границей?

2480.jpg
Фото предоставлено пресс-службой
Музея Востока
– Да, и отправлять их в Европу стали задолго до Гаффари, еще в начале XIX века. К примеру, иконографию канонических портретов Фатх-али-шаха разработали его придворные мастера, учившиеся в Европе. Уже этот шах понял, что, чтобы транслировать в мир представления об Иране как о сверхдержаве, нужно осовременить и стилистику искусства. Что касается Гаффари, он попал во вторую волну, когда изменился политический контекст, в частности прошли Русско-персидские войны, державы помирились. Уже с середины XIX века у России с Персией выстраивались экономические отношения, туда ездили русские инженеры строить дороги, русские промышленники открывали там производство. Учиться стало проще, к тому же стала распространяться фотография, которую Гаффари вслед за шахом полюбил. Более того, при Насир ад-Дине была открыта академия Дар ал-Фунун, где Гаффари преподавал на факультете живописи и где работали европейские фотографы, в том числе придворный мастер шаха Антон Севрюгин.

Почему при заметном европейском влиянии XIX века местные художники не ориентировались на современную живопись, а, кажется, скорее на ренессансный портрет?

3480.jpg
Фото предоставлено пресс-службой
Музея Востока
– Думаю, для иранцев была очень важна традиция. Вообще я с трудом представляю себе этих художников, вырванных из привычной им среды. Плюс к тому эта эпоха – время мифологем: все обучение строилось на местной древней истории, и мне кажется, что в Европе они половину могли просто не понимать, хотя с искусством портрета им было проще. Не могу себе представить, как можно воспринять, скажем, Эдуарда Мане, если ты вырос на персидской миниатюре. Их отправляли, чтобы научиться писать по-европейски, с очень конкретной целью. Это как у нас в парсуне, превращавшейся в портрет.

При этом впечатление, будто они и отношение к атрибутам заимствовали из ренессансной европейской традиции. На выставке есть «Юноша с зайцем», так там и цветочный натюрморт почти европейский, и этот зверь, который, кстати, наверное, что-то значит?

– На зайцев они не охотились, скорее всего это символ. В древности его ассоциировали с плодородием и благополучием.

Сложно изучать эту эпоху?

4480.jpg
Полотно "Битва арабов у Хайбара"
(на дальнем плане) никогда не доставали
из запасников. Фото предоставлено
пресс-службой Музея Востока
– Да, ведь, с одной стороны, она к нам, в общем, приближена, а с другой – о некоторых вещах невозможно найти ничего. Например, у нас в разделе о быте есть «лубочная» керамика с разными сценками, но некоторые сюжеты пока никто не может восстановить, лишь предполагая, что скорее всего это фольклор. О демонах – дэвах – тоже непонятно, как найти информацию. Даже в Иране об этом не знают. Более того, они удивляются, к примеру, узнав, что металлические фигурки животных крепили на штандарты во время религиозных мистерий. Эта традиция в Иране утеряна, ее не помнят. Поэтому сейчас ситуация такова, что все исследования – как правило, результат работы европейских ученых. А наша выставка еще и о том, что в этой культуре много вопросов, и я буду счастлива, если кто-то на них ответит. В России о каджарском искусстве, за исключением Адели Адамовой, хранящей этот материал в Эрмитаже, тоже фактически никто не пишет.

ГАРФ дал на выставку письмо шаха Фатх-али Николаю I с извинениями после убийства Грибоедова и пожеланием строить дружбу. Ответ последовал?

– Да, причем про дружбу он цитирует поэта Сахади. Ответ не нужно было отправлять, поскольку в Россию отправили 16-летнего Хосрова-мирзу, сына Аббаса-мирзы и внука Фатх-али. Все было сказано лично. Приехав в Москву, он отправился к маме Грибоедова, оба они плакали, и, пока он добрался до Петербурга и императора, им все уже были очарованы. Помимо всяческих извинений делегация привезла дорогие подарки, которые России были приятны.

5480.jpg
Фото предоставлено пресс-службой
Музея Востока
К выставке было отреставрировано полотно «Битва арабов у Хайбара», которым, насколько я понимаю, музей очень дорожит.

– Его никогда не доставали из запасников, а сейчас отреставрировали и показали. Это очень необычная вещь, с которой я бы хотела еще поработать с научной точки зрения. Иконографически картина попадает в живопись кофеен, но большинство памятников этого круга сделаны гораздо проще. Мне кажется, либо это написано для кофейни, куда мог приходить шах, либо речь идет о мастере высокого уровня, который по какой-то причине вынужден был подрабатывать. Либо это был заказ для какого-то дворца. Однако ни одного аналога по качеству живописи я не нашла. Батальных полотен в принципе осталось немного: в частности, два есть в Эрмитаже, одно находится в Доме правительства в Дели (это был подарок британцам), и его никто не видит, а все репродукции плохого разрешения.

При Насир ад-Дине Иран взял курс на европеизацию. А в Европе как воспринимали эту державу? Участвовал ли Иран, как, скажем, Япония династии Мэйдзи, в международных выставках, чтобы выйти на европейский рынок?

6480.jpg
Фото предоставлено пресс-службой
Музея Востока
– При Насир ад-Дине Иран начал участвовать в международных выставках в Вене, потом в Париже, Лондоне, но, как и Япония, возил туда старое искусство: ковры, керамику. На европейцев это произвело сильное впечатление, но в самом-то Иране традиции были уже во многом утрачены. Первыми очнулись ковроделы, но производство было преимущественно семейным делом, и они с новыми запросами просто количественно не справлялись. Тогда европейцы приехали в Иран поднимать производство. В Султанабаде, затем в Реште и т.д они открыли фабрики, там работало по 10 тысяч человек. Но тут есть важный момент: заказ от европейцев шел на эстетику, которую они видели в сефевидских образцах. Иранцы стали это перерабатывать и в итоге поверили, что это и есть их современное искусство. Сложился такой миф Ирана об Иране, рикошетом вернувшийся сюда через Европу. В конце века появились специализации. Например, в Кермане ткали огромные ковры вроде нашего «108 великих правителей Ирана и султан Ахмад-шах» (были и другие, к примеру, у нас еще есть «Великие цари мира», где соседствуют Александр Македонский и Наполеон). В керамике тоже шел интересный процесс: мы показываем характерные сине-белые изразцы с персонажами в костюмах прежних эпох. Это тоже была попытка восстановить собственное производство, предпринятая с подачи европейцев.

В этот момент формировалась коллекция будущего Музея Виктории и Альберта. А в Иране тогда работал сэр Мердок Смит, он был инженером и строил дороги. Был у него еще тайный заказ собирать интересные вещицы. Смит сдружился с молодым иранским мастером Мухаммадом Исфахани, и они начали воспроизводить сефевидские изразцы, но уже не для стен, а в виде декоративных панно туристического толка. И опять же сами иранцы поверили, что это и есть их родное искусство.

7480.jpg
Фото предоставлено пресс-службой
Музея Востока
Что-то, как ковроткачество и керамика, благодаря европейцам расцвело, однако многие отрасли просто умерли, поскольку не выдерживали конкуренции с европейским производством.

Россия и Великобритания повлияли на каджарскую культуру?

– Да. Но Великобритания в первую очередь повлияла на военный быт. В Иране старались реформировать армию: сначала договорились с французами, однако быстро переругались и обратились к англичанам. Влияние России было другим. Мы показываем связанный с революцией ковер начала 1910-х «Первые лица Ирана», где есть, с одной стороны, соловьи и розы, а с другой – ворона и лисица. Такие ковры изготавливали в Карабахе, регионе между Россией и Ираном, и местные мастера стилизовали все подряд. Или вот мы попросили у одного коллекционера самовар. Иранцы до XIX века пили только кофе, но в эпоху Русско-персидских войн персы русских полюбили и старались им угодить, поскольку те не мародерствовали. Русские научили – сначала базарных торговцев – заваривать чай. Уже во второй половине столетия путешественники стали жаловаться, что в Иране негде выпить кофе. Но самовары иранцы не производили до начала XX века, их закупали в России. Хотя вообще межкультурные влияния начались, конечно, раньше. Если посмотреть на их лаки, это напомнит хохлому. 


Оставлять комментарии могут только авторизованные пользователи.

Вам необходимо Войти или Зарегистрироваться

комментарии(0)


Вы можете оставить комментарии.


Комментарии отключены - материал старше 3 дней

Читайте также


Приемы боя

Приемы боя

Дмитрий Литовкин

Воздушно-десантные войска меняют тактику

1
1138
Израиль опасается ядерного шантажа

Израиль опасается ядерного шантажа

Игорь Субботин

Вашингтон готов пойти на полумеры в диалоге с Тегераном

0
1228
Ирану вынесли строгое предупреждение

Ирану вынесли строгое предупреждение

Геннадий Петров

Из-за нежелания Тегерана сотрудничать с МАГАТЭ переговоры о возобновлении "ядерной сделки" оказались под угрозой срыва

0
1625
 Выставка. Шедевры Русского музея. "Смолянки" Дмитрия Левицкого

Выставка. Шедевры Русского музея. "Смолянки" Дмитрия Левицкого

0
419

Другие новости

Загрузка...