Ян Шенкман 24 сентября в Галерее Гельмана крепко ругались матом. Там была презентация книжки "Переводы с русского и обратно", выпущенной издательством "Красный матрос". У нас в матерщинниках никогда не было недостатка, а тут еще из Израиля приехал некто Шауль Резник, который проделал с русской словесностью головокружительную и циничную операцию. Любимые народом шедевры, начиная с "Когда был Ленин маленький" и заканчивая стихотворением Мирослава Немирова "Хочу Ротару я пердолить", он перевел на иврит и обратно.
Из того, что поддается цитированию, приведу хрестоматийный пример: "Партия дает наказ - комсомол отвечает: аминь". Такой уж язык иврит, что любая ерунда превращается на нем в Песнь Песней, звучит величественно и неторопливо. Строка упомянутого Немирова "Ты ж натягивал Мерлин Монро, засранец, во все дыры ** ее, как звэр!" трансформируется на иврите в "Мэрилин Монро ты познал, о дерьмо, в поры ее, наподобие животного". Что тоже, согласитесь, не слабо.
При ближайшем рассмотрении Резник оказался маленьким религиозным евреем с длинной бородой. Лицом напоминает поэта Гандлевского. Когда-то его (Резника, а не Гандлевского) звали Павликом, как Корчагина и Морозова. Так уж вышло, что в советской истории это имя носили мученики и монстры. То ли дело - царь Шауль. И Резника переименовали.
В Библии и, как следствие, на иврите, ненормативная лексика зафиксирована слабо. Поэтому или по какой иной причине русская неофициальная поэзия от Баркова до частушек осталась неизвестной ивритоязычным евреям. Шауль Резник решил в корне изменить ситуацию. Если он напряжется, то скоро и израильтяне смогут сказать о себе: "Мы матом не ругаемся, мы на нем разговариваем".
В Галерее Гельмана Резник читал стихи, рассказывал байки и истории и даже пел густым звучным голосом ивритский вариант "Катюши" и "Трех танкистов". Громче всех подпевал главный митек Митя Шагин.
Дарья Гармоненко 
