Хлебное вино

Виктор Мясников. Водка. - М.: Вагриус, 2000, 411 с.

В ЭТОЙ книге как бы два плана. Первый - истории людей, связанных, вернее, повязанных с производством "левой" водки. Слово "левая" в кавычках, потому что неизвестно уже, где левый и где правый берег в этой водочной реке, потому что, как говорится в последних строках этой книги, "Если заглянуть в окошко киоска на углу или зайти в торговый павильончик и спросить: "Дешевая водка есть?" - вам предложат везде один и тот же сорт, но в разной упаковке. Эксперты оценивают объем паленой водки на рынке алкоголя в пятьдесят процентов. Это не прежние восемьдесят, но все равно изрядно"┘ И если раньше у водки были сорта, то теперь их заменили цифры.

Итак, среди историй людей водочного бизнеса - история русского Левши (совпадение "левых" определений, видимо, не случайно), организатора производства, человека в этом смысле талантливого - простого инженера с золотыми руками и не менее золотой головой. Истории его конкурентов и компаньонов.

Эти истории для нас менее интересны, чем то свойство романа, что делает его познавательным. Потому что в нем весь цикл жизни разбавленного спирта - на первых страницах везут "левые" цистерны "левый" спирт через грузинскую границу, потом кое-где горят эти наливники, ведь не заплатишь - не проедешь, потом из этого спирта делают такую же "левую" водку. И вот она уже в ларьках, где подкручивают и учат правильно работать ушлые программисты кассовые аппараты и занимают свои места у этих ларьков "пробники". Слово "пробники" тоже в кавычках, оттого что пробником звали того коня, что раззадоривал кобылиц, перед тем как их вели на случку с настоящим жеребцом-производителем. Виктор Шкловский называл даже писателей пробниками. Это звание тогда было трагичным. А теперь звание "пробника" страшно, потому что это профессия для бомжа, который на пробу лакает "левую", опять же в кавычках, водку, принимает в себя разбавленный нечистой водой нечистый спирт, получая эту жидкость бесплатно, в качестве награды за риск. И тысячи людей, сотни тысяч передают с рук на руки "левый", опять же в кавычках, жидкий и стеклянный товар.

И еще много других "левых" профессий рождает этот бизнес, похожий в нашей стране на производство белого порошка в остальном мире. И производство там особое, параллельное обычной жизни, хотя время от времени кажется, что она - мифическая нормальная жизнь - параллельна нашей, залитой фальшаком, паленой водкой. И нет у этих жизней - мифической и реальной как у параллельных плоскостей ни одной точки пересечения.

В каком-то смысле эта книга - популярная энциклопедия водочного мира, и именно в этом оказалась ее главная прелесть. Не в детективной истории, не в стреляных гильзах, а в картине отлаженного, смазанного не маслом, а спиртом механизма. И не угрюмые восточные люди, не русские работяги, не милиционеры и бомжи стали ее настоящими героями. Именно водка - непобедимый и опасный персонаж - в этой книге главная.