0
13900
Газета Печатная версия

13.12.2022 18:41:00

Высокотехнологичный полет китайского дракона

Борьба за командные высоты в науке и технике стала основой государственной политики Поднебесной

Анна Волошина

Об авторе: Анна Валерьевна Волошина – младший научный сотрудник Института Китая и современной Азии РАН.

Тэги: кнр, китай, политика, экономика, технологии, ученые, научные кадры, промышленность, бизнес


кнр, китай, политика, экономика, технологии, ученые, научные кадры, промышленность, бизнес Успехи Китая в науке и технологиях – это в первую очередь результат системной и долгосрочной государственной политики. Фото Reuters

По данным Государственного статистического управления Китая, которые приводит агентство «Синьхуа», совокупная прибыль крупных промышленных компаний (с годовой выручкой свыше 2,8 млн долл.) в январе–октябре уменьшилась на 3%. Темпы сокращения: в январе–сентябре зафиксировано снижение на 2,3%. Любопытно, что подъем за 10 месяцев отмечен всего в 19 отраслях из 41: прибыль производителей нефти и газа выросла в 1,1 раза, угля – на 62%. А вот в производстве цветных металлов показатель упал на 92,7%, черных металлов – на 20%, в текстильной промышленности – на 16,4%.

Как говорил еще в конце XIX веке немецкий инженер и предприниматель Вернер фон Сименс, «когда дела в экономике идут неважно – самое время вкладываться в научные исследования». Вот и политическое руководство Китая, кажется, как главное средство остаться в мировом тренде делает ставку на развитие высоких технологий.

Публикуемая ниже статья дает хороший обзор высокотехнологичного сектора современного Китая и государственной научно-технической политики КНР.

Андрей Ваганов, отвественный редактор приложения «НГ-наука»

Глядя на сегодняшний Китай, родину таких многомиллиардных стартапов, как ByteDance, Xiaomi, и технологических гигантов Tencent, Baidu и Alibaba, сложно поверить, что еще 8–10 лет назад так называемая неспособность КНР к инновациям была предметом оживленных дискуссий в мировом экспертном сообществе. Однако сегодня страна открыто подчеркивает свое стремление стать лидером в ключевых технологиях XXI века: искусственном интеллекте (ИИ), мобильной связи 5G и 6G, квантовых вычислениях и квантовой связи, суперкомпьютерных системах, биотехнологиях и зеленой энергетике и многих других.

Первая производительная сила

Глобальный инновационный индекс Всемирной организации интеллектуальной собственности демонстрирует, как Китай год от года все ближе продвигается к вершине рейтинга инновационных экономик мира. Если в 2009 году страна была на 43-м месте, то в 2022 году уже на 11-м из 132, оставив позади Францию, Японию и Канаду и став единственной экономикой со средним уровнем дохода, вошедшей в топ-30 рейтинга.

Успехи Китая – это в первую очередь результат системной и долгосрочной государственной политики. С приходом к власти руководства во главе с Дэн Сяопином в конце 1970-х годов наука и техника были провозглашены первой производительной силой, главным двигателем экономики. По объему инвестиций в НИОКР Китай занимает второе место в мире после США, причем траты обеих стран составляют практически 50% от мировых.

По информации Министерства науки и технологий КНР, в 2021 году расходы Китая на исследования и разработки составили 2,8 трлн юаней (около 405 млрд долл.) – на 14,6% больше, чем в 2020 году. По доступным данным за 2020 год, США потратили 708 млрд долл. 14-й пятилетний план развития КНР на 2021–2025 годы предусматривает, что расходы страны на НИОКР будут увеличиваться более чем на 7% в год. Эксперты прогнозируют, что уже к середине десятилетия Поднебесная может обогнать Америку по объемам инвестиций в НИОКР.

Научно-техническое развитие страны планируется на десятилетия вперед. Согласно целям китайского руководства, к 2035 году Китай должен войти в число лидирующих государств инновационного типа, а к 2050 году стать ведущей мировой научно-технической державой. 14-й пятилетний план определил ряд ключевых направлений развития науки и техники. В этот список попали искусственный интеллект, квантовые технологии, полупроводниковая промышленность, медицина, наука о мозге, генетика и биотехнологии, аэрокосмические и морские исследования.

Высокие технологии – в зону

Китайское руководство предприняло ряд удачных шагов для создания первоклассной инновационной экосистемы. Изучив американский опыт создания технологических кластеров, в 1980-х годах китайцы стали работать над созданием своих зон высоких технологий.

Первым подобным экспериментом стал Чжунгуаньцунь – район на севере Пекина, место сосредоточения многих китайских вузов и НИИ. Близлежащие университеты и Китайская академия наук начали создавать там свои дочерние компании. Именно таким стартапом, созданным в 1984 году членами Академии наук, была, например, превратившаяся сегодня во всемирно известного гиганта по производству персональных компьютеров фирма Lenovo.

Интеграция университетов и научно-исследовательских институтов с бизнесом и промышленностью позволила практически мгновенно тестировать рождавшиеся в лабораториях технологии и инновационные идеи на производственной линии, получать обратную связь и выводить на рынок новые продукты.

Сейчас в Китае насчитываются 173 зоны высокотехнологичного развития. В них расположено более трети высокотехнологичных предприятий страны, а производительность труда на душу населения в этих зонах в 2,7 раза превышает средний показатель по стране.

Результатом проводимой комплексной политики стало резкое увеличение в последние годы количества китайских компаний-«единорогов» – стартапов, капитализация которых превысила 1 млрд долл. В 2021 году первое место по числу «единорогов» было у США (487), второе – у Китая (301), а третье – у Индии (54). При этом китайская компания ByteDance, владеющая TikTok, стала крупнейшим «единорогом» в мире с рыночной оценкой в 350 млрд долл.

«Умный» и цифровой

Благодаря огромным инвестициям в науку и технологии Китай находится на передовой линии исследований новейших информационных технологий: ИИ, связь пятого и шестого поколений (5G и 6G), интернет вещей. Строительство «умного» цифрового Китая, с точки зрения властей, переведет экономику и жизнь общества на совершенно новый уровень, решив, помимо прочего, насущную проблему повышения производительности труда в условиях сокращения рабочей силы и старения населения.

Руководство КНР поставило перед страной амбициозную цель достичь лидерства в области ИИ к 2030 году.

На этом пути главный конкурент для Китая – США. Америка – бесспорный лидер рынка с такими ИИ-гигантами, как Amazon, IBM, Microsoft, Google, Facebook (запрещен в России, принадлежит корпорации Meta, признанной в РФ экстремистской). Америка имеет серьезное преимущество в плане как оригинальных исследований, разработки алгоритмов, программного обеспечения и чипов, используемых в ИИ-индустрии, так и привлекательности для талантливых кадров.

Сила Китая же – в доступе к огромному массиву высококачественных данных, генерируемых населением, которые необходимы для глубокого обучения в ИИ: из 1,4 млрд человек около 1,04 млрд имеют выход в интернет. Кроме этого, Китай обладает огромными финансовыми ресурсами, как государственными, так и частными, для поддержки отрасли. Например, стремясь привлечь на свою территорию стартапы в области ИИ, в 2018 году муниципалитет Тяньцзиня объявил о создании инвестиционного фонда в размере 16 млрд долл., в то время как Франция в том же году учредила государственный фонд развития искусственного интеллекта с бюджетом в 1,5 млрд евро.

Сегодня китайские ИИ-компании занимают около 15% мирового рынка и удерживают лидерство в таких областях ИИ, как распознавание лиц и обработка естественного языка. Среди китайских ИИ-гигантов – компании SenseTime и Megvii, разрабатывающие приложения для мгновенного распознавания лиц, iFlytek, занимающаяся распознаванием, синтезом речи и созданием голосовых помощников.

Необходимый ингредиент для дальнейшего внедрении ИИ и интернета вещей в разные сферы жизни общества – сети 5G и 6G. Здесь Китай продолжает удерживать первенство. Компания Huawei – лидер по объему патентов в сфере 5G (по данным фирмы Tech+IP на июнь 2022 года, доля от общего количества патентов – 12,8%). Следом идут американская компания Qualcomm и южнокорейская Samsung.

В гонке заявок на патенты разрабатываемых технологий 6G по итогам 2021 года также лидирует Китай –­­ 40,3% от общемирового числа заявок, за ним следуют США с долей 35,2%.

По данным Министерства промышленности и информационных технологий КНР, 5G широко используется в более чем 200 «умных» шахтах, на более чем 1000 «умных» заводах, в более чем 180 «умных» сетях электроснабжения, 89 портах и более чем 600 больницах по всему Китаю.

Впечатляющих успехов Китай добился в квантовой информатике. В 2016 году КНР запустила первый в мире спутник квантовой связи «Мо-цзы», в июле 2022 года – второй, более продвинутый спутник «Цзинань-1». В 2020 году Китай создал первую в мире мобильную станцию для связи со спутником по защищенному методами квантовой криптографии каналу. В январе 2021 года была развернута первая в мире интегрированная сеть квантовой связи из более чем 700 оптических сегментов и с двумя станциями космической связи с передачей данных по спутниковым каналам. Общая протяженность сети достигает 4600 км.

В 2020 году успешно испытан прототип квантового компьютера «Цзючжан». Таким образом, Китай стал второй страной в мире после США, достигшей «квантового превосходства». А в июле 2021 году китайские исследователи продемонстрировали квантовый компьютер «Цзу Чунчжи», сместивший Sycamore от Google с позиции самого мощного в мире квантового компьютера.

Зеленый био-Китай

В последние годы КНР направлял значительные ресурсы на сокращение своего отрыва от Америки в области биотехнологии. США продолжают оставаться неоспоримым лидером в этой сфере в плане инноваций и по количеству компаний с самой большой капитализацией. Однако в копилке Китая появился ряд достижений. Среди них – прорыв в лечении рака с помощью терапии CAR-T-клетками. Сегодня страна – крупнейший спонсор клинических испытаний терапии CAR-T (по данным 2020 года, в Китае проводилось более 50% от всех испытаний в мире) со «звездной» компанией Nanjing Legend Biotech. В 2017 году она обнародовала беспрецедентные данные по ремиссии после лечения терапией CAR-T у 94% пациентов с множественной миеломой.

15-11-1480.jpg
При создании космической станции «Тяньхэ»
и марсохода «Чжужун» использованы
полупроводники только китайской разработки
и производства. Фото Reuters

Активно развиваются исследования в области генетики. Крупнейший в мире центр генетических исследований расположен в Китае – это фирма BGI. Международный успех заслужил неинвазивный пренатальный диагностический тест компании для генетического скрининга, где исследуется ДНК плода из венозной крови будущей матери.

Страна проводит половину всех клинических исследований в мире по использованию технологии CRISPR для редактирования геномов. В 2018 году китайский ученый Хэ Цзянькуй применил CRISPR для редактирования генома человека, что привело к появлению первых в мире генетически модифицированных людей – близнецов Лулу и Наны. В Гонконгском университете науки и технологий ведется работа над применением технологии редактирования генома для лечения болезни Альцгеймера. Команда ученых из этого университета разработала экспресс-тест по выявлению болезни Альцгеймера по анализу крови с точностью более 96%.

Пекину удалось стать крупнейшим производителем, пользователем и экспортером технологий зеленой энергетики. Во-первых, это касается сырья: страна обладает почти монополией на некоторые ключевые ресурсы, необходимые для производства солнечных панелей, аккумуляторов и других экологически чистых технологий (например, Китай контролирует около 50% переработки лития в мире и 90% переработки редкоземельных металлов). Во-вторых, КНР – лидер в производстве оборудования для зеленой энергетики, страна поставляет около 70% солнечных панелей по всему миру, доминирует на мировом рынке ветряных турбин (40%). В-третьих, Пекин лидирует в области хранения энергии, в стране находится 80% всех производственных мощностей по производству аккумуляторных элементов. Крупнейший мировой производитель литий-ионных аккумуляторов – это китайская компания Contemporary Amperex Technology (CATL).

Стремясь снизить роль угля в своем энергопотреблении, Китай сосредоточился на развитии технологий ядерной энергетики. Амбициозным проектом стало одобренное в этом году правительством строительство в г. Чэнду провинции Сычуань первой в мире импульсной гибридной электростанции, основанной как на термоядерном синтезе, так и на энергии деления. Завершение всего объекта запланировано на 2028 год, а к 2035 году китайцы намерены усовершенствовать технологию для коммерческого применения. Дальнейшая работа над реакциями термоядерного синтеза может открыть дорогу для производства огромного количества чистой электроэнергии.

Достижения Китая не ограничиваются перечисленными выше. И в следующие годы страна лишь ускорится в гонке за научно-техническое лидерство. На этом пути, однако, стране еще предстоит решить ряд серьезных проблем.

Становление научно-технической мощи

Китаю необходимо увеличивать инвестиции в фундаментальные исследования. Страну часто критикуют за доработку и масштабирование уже существующих инноваций и отсутствие по-настоящему революционных открытий. У Китая пока лишь одна Нобелевская премия по науке – за открытие, сделанное в прошлом веке. В 2015 году китайский фармаколог Ту Юю получила Нобелевскую премию по медицине и физиологии за свою работу в 1960–1970-е годы, приведшую к открытию артемизинина, экстракта полыни, эффективного для лечения малярии.

Структура трат на НИОКР свидетельствует, что почти 77% инвестиций в Китае осуществляют предприятия. Это большая доля. Но надо учитывать, что корпоративный сектор чаще всего предпочитает вкладывать свои средства в финансирование прикладных исследований и в разработку продукта – это коммерчески более выгодные стадии. А вот большинство фундаментальных и долгосрочных, капиталоемких исследований обычно требуют государственных инвестиций.

Сегодня доля инвестиций на фундаментальные исследования в Китае составляет лишь около 6% (около 26 млрд долл.), это намного ниже, чем в развитых странах. Соединенные Штаты, для сравнения, инвестируют на фундаментальную науку 17% (около 101,1 млрд долл.) от ежегодных трат на НИОКР.

Еще один вызов – сохраняющееся технологическое отставание в ключевых для развития страны областях: производство полупроводников, промышленное программное обеспечение, операционные системы. Наиболее серьезная ситуация складывается в отношении микрочипов, здесь доля зависимости Китая от внешних игроков около 80%. Этим активно пользуется Америка, пытаясь вывести ведущие китайские высокотехнологичные компании из конкурентной гонки.

В 2018 году Вашингтон попытался с помощью санкций и ограничения доступа к своим технологиям разгромить телекоммуникационные гиганты Китая – ZTE и Huawei. Среди последних шагов США – ограничения на поставки передовых чипов, оборудования для их производства и программного обеспечения для дизайна полупроводников последнего поколения 28 китайским компаниям.

Китайское руководство сделало многое в последние годы для пестования отечественной полупроводниковой промышленности. Китай разработал собственные микрочипы для использования в области национальной обороны и безопасности. По информации китайских СМИ, внутри космической станции «Тяньхэ» и марсохода «Чжужун» использованы полупроводники только отечественной разработки и производства.

По оценкам экспертов, недавнее освоение китайской корпорацией SMIC производства микросхем по технологическому процессу 7 нм означает, что Китай имеет доступ к технологиям (7 нм и старше), по которым производятся 90% чипов в мире и которые обеспечивают более 70% выручки в мировых продажах чипов. Однако для выхода Китая на техпроцессы 5 и 3 нм, по которым пока могут работать только две компании – тайваньская TSMC и южнокорейская Samsung, необходимо решить сложную проблему с доступом к аппаратам для экстремальной ультрафиолетовой литографии (EUV), которые западные страны отказываются ему поставлять.

Усиливающееся давление со стороны США и их союзников на Китай и Россию несет в себе как новые возможности, так и вызовы для технологического сотрудничества двух стран. С одной стороны, китайская сторона выстраивает осторожное и трезвое взаимодействие с нашей страной, стремясь максимально уберечь свои компании от санкционных рисков. С другой – по мере нарастания попыток «технологической блокады» Китая, выдавливания Соединенными Штатами китайских компаний из цепочек поставок, со своего рынка и рынка стран союзников и партнеров, для Китая растет привлекательность встраивания в систему научно-технической кооперации с Москвой.

По некоторым данным, китайский экспорт микрочипов в нашу страну вырос на 200–210% по сравнению с прошлым годом. Кроме закупок китайских интегральных схем российская сторона обсуждает планы по переносу выпуска отечественных процессоров «Эльбрус» и «Байкал», ранее печатавшихся на тайваньской TSMC, в материковый Китай.

Интересно для нашей стороны сотрудничество с Пекином в сфере квантовых коммуникаций, особенно учитывая уникальный опыт Китая в создании сетей квантовой связи и переводе на них объектов национальной критической инфраструктуры. Такая совместная работа уже была запущена как минимум в рамках научно-исследовательского проекта БРИКС с участием ученых из России, Китая, Индии и ЮАР.

Хороший рост наблюдается в традиционной сфере российско-китайского сотрудничества по крупным стратегическим проектам в области ядерной энергетики. Из функционирующих в Китае атомных энергоблоков пять имеют российское происхождение, четыре находятся на разных этапах строительства.

Значимый проект – строительство в Китае Росатомом первых в стране реакторов на быстрых нейтронах (проекты CEFR, CFR-600). Также китайская сторона заявляет о готовности к сотрудничеству с Россией в области возобновляемых источников энергии, водородной энергетики и хранения энергии.

Крупный проект в космической сфере – соглашение о создании Китаем и Россией Международной научной лунной станции. Ее строительство запланировано на 2031–2035 годы. Сопряжение лунных программ двух стран, вероятно, будет непростым, так как, согласно первому этапу «дорожной карты» проекта, в период с 2021 по 2025 год предполагается осуществить запуск на Луну трех китайских и трех российских миссий. Китайская миссия Чанъэ-4 завершилась в 2019-м, а миссии «Чанъэ-6» и «Чанъэ-7» запланированы на 2024 год. Первый запуск российского зонда «Луна-25» пока переносится на неопределенный срок, предположительно на лето 2023 года. Более того, летом 2022 года Роскосмос объявил об откладывании остальных работ по лунной программе: создания сверхтяжелой ракеты «Енисей» и реализации пилотируемых полетов на Луну.

Политика обменов

Становление научно-технической мощи Китая открывает для нашей страны перспективы взаимовыгодного партнерства в сфере высоких технологий. Однако по мере их реализации важно, во-первых, наращивать возможности самостоятельного производства ключевых для национальной безопасности страны компонентов (например, интегральных схем), во-вторых, по мере расширения китайского присутствия на российском рынке стремиться к модели совместной разработки технологий, локализации производства в России; в-третьих, инвестировать в подготовку собственных научно-технических кадров.

Перспективной представляется реализация проектов сотрудничества с Китаем в сфере образования, дальнейшего выстраивания взаимодействия по линии НИИ, запуска российско-китайских исследовательских проектов на базе вузов двух стран. Китай заинтересован в сотрудничестве в этой сфере и в привлечении талантливых зарубежных кадров.

Бурный рост высокотехнологичного производства приводит к тому, что Поднебесная уже сейчас, согласно правительственным отчетам, сталкивается с серьезным дефицитом технических кадров. Нехватка квалифицированной рабочей силы среди 10 основных производственных секторов Китая превысила 19 млн человек и может увеличиться к 2025 году до 30 млн. Китайские студенты из ведущих университетов со специализацией в областях микроэлектроники, интегральных схем, разработки ПО, электронной и вычислительной техники получают по 4–5 предложений о работе еще до своего выпуска. Компании практикуют подписание трудовых договоров со студентами за год до окончания их обучения.

Грамотно выстроенная политика обменов при создании стимулов для возвращения в Россию своих кадров могла бы способствовать формированию пула российских специалистов с ценным опытом работы в Китае.



Читайте также


Партия Миронова хочет остаться в высшей лиге

Партия Миронова хочет остаться в высшей лиге

Дарья Гармоненко

Активность лидера эсэров не стоит объяснять лишь проблемными рейтингами

0
300
Что ищет Садыр Жапаров в Брюсселе

Что ищет Садыр Жапаров в Брюсселе

Виктория Панфилова

Глава Киргизии меняет зеленые технологии на государственный долг

0
322
Дуда жалуется Си Цзиньпину на Лукашенко

Дуда жалуется Си Цзиньпину на Лукашенко

Дмитрий Тараторин

Польша готова закрыть границу с Белоруссией, но надеется, что Пекин заставит Минск остановить атаки мигрантов

0
276
Индийские ракеты нацелены на базы КНР в Южно-Китайском море

Индийские ракеты нацелены на базы КНР в Южно-Китайском море

Владимир Скосырев

Филиппины приобрели у Дели аналог российского "Оникса"

0
352

Другие новости