Вероника Чернышева В минувшие выходные в блогах и на радио «Эхо Москвы» широко обсуждалась новость о том, что якобы руководство издательского дома Conde Nast «изъяло» из российской версии одного из издаваемых холдингом журнала статью о Владимире Путине. Статья «Владимир Путин – темное восхождение к власти» журналиста Скотта Андерсона опубликована в сентябрьском номере американского GQ, основана на разговорах с бывшим сотрудником ФСБ Михаилом Трепашкиным, который представлен там как один из тех, кто расследовал дела о взрывах домов в Москве и Буйнакске. За выходные текст публикации сделался популярным в Сети, так как его появление якобы сопровождалось строжайшим запретом, по версии некоторых российских СМИ, руководство Conde Nast, испугавшись проблем с российскими властями, запретило выкладывать статью на официальном сайте журнала и перепечатывать материал где-либо за границей, а также распространять сентябрьский номер американского GQ в России. Бесконечные ленты сетевых новостей повторяют друг друга: холдинг пошел на это, чтобы «не навлекать на себя гнева российских властей и продолжать делать бизнес в России». А один из комментаторов «Эха Москвы» даже предположил, что на издательство было оказано давление в Москве. Мы дозвонились до главного редактора русской версии журнала GQ, который был весьма удивлен происходящим.
Николай Усков, главный редактор журнала GQ
- С трудом представляю себе, как это холдинг может запретить распространение собственного журнала где-либо. То, что звучало на «Эхе Москвы» и потом неоднократно повторялось в Интернете, не совсем корректно: русское издание, как и любое другое издание холдинга, – самостоятельный продукт, мы не перепечатываем американских материалов в обязательном порядке, тем более не получаем рекомендаций этого не делать. Никаких запретов или предписаний от руководства о том, чтобы не переводить и не печатать конкретно эту статью, я лично не получал. Да мне бы и в голову не пришло делать это. О том, чем будет наполнен очередной американский номер, я как главный редактор русской версии узнаю на стадии планирования. Подобный материал в российских СМИ выглядел бы довольно странно сегодня. В этой статье нет ничего сенсационного.
Там излагается несколько общих мест, которые у нас давно известны. Больше того, в январе 2005 года русская версия журнала GQ публиковала материал «Шпион нашего времени», где в числе прочих было интервью с Александром Литвиненко, в котором все эти откровения о взрывах домов уже звучали. Эта версия о причастности органов ФСБ к событиям 1999 года в Москве и Буйнакске широко обсуждалась и на российском телевидении. Не забывайте, что 1999–2000 годы – это свободное телевидение. Михаил Трепашкин, на основе разговоров с которым американский журналист Скотт Андерсон сформировал свою статью «Владимир Путин – темное восхождение к власти», на самом деле не имел непосредственного отношения к расследованию взрывов домов, он был в составе комиссии, возглавляемой Сергеем Юшенковым, да и то в каком-то странном качестве – в качестве адвоката одной из пострадавших. Просто какой-то очередной чекист решил высказаться. И сказал то, что все здесь уже знают. А не то чтобы Патрушев выступил с покаянием в американской прессе. Я повторяю, мне как главному редактору русской версии даже не пришло в голову рассматривать этот материал как возможно годный для перепубликации у нас. Потому что никакого журналистского достижения в этом нет – речь идет о событиях десятилетней давности, перебираются факты и версии, широко растиражированные в российской прессе уже пять лет назад. Вспомните эту нашумевшую пресс-конференцию, которую Литвиненко и Трепашкин давали тогда совместно и рассказывали в том числе и о подготовке покушения на Березовского. Никакого нового информационного повода с тех пор не возникло. Если озадачиться вопросом – бороться с правящей властью, – может, и нужно время от времени что-то подобное перепечатывать, но в мои личные планы это не входит, так же как в профессиональные входит наполнение каждого номера свежим актуальным контентом, а не тем, о чем сто раз уже все написано и сказано.
Такого рода шум, который возник вокруг публикации Скотта Андерсона, иногда возникает стихийно. А потом все начинают искать следы тайного заговора.
