Еретик местного значения

Информационная служба Псковской епархии РПЦ распространила в минувший понедельник сообщение об отлучении от Церкви местного корреспондента газеты «Правда» Олега Дементьева. Основанием для анафемы стала публикация статьи «Осиное гнездо» под золотыми куполами» в январе 2008 года в газете «Псковский рубеж». В своем материале журналист обвинил настоятельницу Спасо-Елеазаровского женского монастыря игуменью Елисавету (Беляеву) в финансовых злоупотреблениях, захватах окружающих обитель земель, шантаже местных жителей, принуждении монашек к занятиям проституцией.

Сразу после публикации монастырь и отдельно игуменья подали против Олега Дементьева исковое заявление в Арбитражный Псковский городской суд о защите чести, достоинства и деловой репутации.

Помимо обвинений в адрес настоятельницы и монахинь автор статьи привел недостоверные сведения о дореволюционном прошлом обители, поведав, что якобы в царствование Николая II монастырь был распущен «за блуд», в частности, монахини «топили своих новорожденных детей в озере». При этом журналист впадает в противоречие, так как в другом месте статьи он упоминает, что до революции монастырь был мужским, и это соответствует действительности. Более того, Церковь считает, что в годы антирелигиозных гонений не дети, а монахи Спасо-Елеазаровского монастыря «были замучены и утоплены в водах Чудского озера». На судебном заседании выяснилось, что Дементьев при написании статьи опирался только на рассказы местных жителей и слухи, не располагая документальными подтверждениями своих тяжких обвинений. В связи с этим решением суда от 14 апреля 2009 года журналист был признан виновным.

Однако игуменье Елисавете и священноначалию Псковской епархии этого показалось мало. «В связи с непрекращающейся гнусной клеветой и сатанинской ложью» в адрес сестер и настоятельницы Спасо-Елеазаровского монастыря решением Епархиального совета Псковской епархии 14 июля Олег Дементьев был «отлучен от православного церковного общения и предан анафеме – проклятию». «Попирая своей мерзкой грязью честь и достоинство граждан нашей страны, того общества, которому сам принадлежит, своей скверной клеветой Олег Дементьев дерзнул запятнать добрую память наших предков, монашествующих Спасо-Елеазаровского монастыря дореволюционного периода», – так объяснил Епархиальный совет свое решение анафематствовать журналиста. Согласно канонам, отлученный от Церкви не имеет права участвовать в церковных таинствах, быть отпеваемым и похороненным на православном кладбище. Православным верующим запрещается иметь какое бы то ни было общение с преданным анафеме.

Таким образом, псковский журналист Дементьев стал вторым после Льва Толстого тружеником пера, преданным полному отлучению от Церкви. Разница только в масштабах. Великого писателя в 1901 году анафематствовал Святейший Синод за роман «Воскресение», где подвергались критике вероучение и церковная практика русского православия. Псковский журналист основы христианства сомнению не подвергал, а лишь критиковал местных священнослужителей за их несоответствие, по его мнению, образу достойных служителей Церкви.

Что заставило журналиста пойти на такой отчаянный шаг – открытое противостояние монастырю и местной епархии? Вряд ли он не понимал всю бесперспективность подобного шага в условиях, когда РПЦ становится, как и в царское время, почти государственным духовным ведомством, «синодальной конторой».

Свою статью, которая наделала столько шума, Олег Дементьев завершает обращением к игуменье монастыря, слова которой, по его мнению, противоречат делам: «Да простит ей Бог!» Это несомненно указывает, что он – человек верующий и искренне переживающий за образ Церкви. Впрочем, именно вера толкнула и Льва Толстого, и многих других верующих людей на критику церковной жизни. Одних это привело к отлучению, а других и на костер. Клеймо еретика и вероотступника обрекало не только на отлучение от тогдашнего общества.

Сегодняшняя реакция Церкви кажется явным анахронизмом и только свидетельствует о яром стремлении карать, как это было в Средневековье.