Новая классификация

Поэты делятся не на плохих и хороших, талантливых или бездарных и уж тем более не на мужчин и женщин. Архаисты, новаторы, акмеисты и постмодернисты - все это шелуха. Согласно моей классификации, поэты делятся по тому, как читают свои стихи. Чтение - ключ к подсознанию автора и исполнителя. Прочтите мне пару строк из своего наследия, и я вас классифицирую.

Науке известны две разновидности читающих стихотворцев.

Одни в манере Станиславского рубят воздух ладонью, акцентируют чуть ли не каждое слово и в ключевых местах переходят на крик или драматический шепот. Эту манеру принято назвать актерской. Так исполняют стихи участники литературно-музыкальных композиций. Не просто озвучивают текст, а именно представляют его во всей красе и нюансах. Перевоплощаются то в лирического героя, то в ветер, который завывает в лесу, то в птицу, парящую высоко над горным утесом. Такова школа поэтической декламации с толком, с чувством и с расстановкой.

Другие же либо бубнят себе под нос безо всякого выражения, либо занимаются голым и неприкрытым шаманством, смакуя ритм, размер и строфику своего шедевра. Текст, таким образом, превращается в вариант заклинания или молитвы, где отдельные слова уже и не важны вовсе, а важно заворожить слушателя, ввести его (а заодно и самого себя) в состояние глубокого транса. Смысл, интонация, синтаксис - все бледнеет перед этой высокой задачей. Авторское чтение, его еще называют ленинградской манерой, именно таково.

Два мира, два детства. Две манеры, две не похожие друг на друга роли в поэтическом театре. Роль пророка и роль собеседника.

Манера чтения, как группа крови, определяет поэтический организм. Слова в предложении стоят таким образом, чтобы автору было удобнее их читать. Под авторский голос приспособлена каждая запятая.

Удивительная вещь! Любая белиберда в исполнении поэта приобретает смысл и определенную логику. Любое осмысленное высказывание может оказаться белибердой.

Так что же теперь - стихов не слушать? А может быть, не читать? И читать, и слушать. Но близко к сердцу стараться не принимать.