Заметки телезрителя

ИЗВЕСТНО, господа: если выпало в империи родиться, отдыхать надо в провинции. (Желательно - в глухой и у моря). Чем я в настоящее время и занимаюсь от общей усталости и в силу причин. Ветви шумят, капли о стекло стучат, редкий прохожий тропинкой бредет - хорошо! Телевизор включишь - вроде как общение, мысли в голове какие-никакие роятся, фантазия пробуждается.

Но, с другой стороны, лица на экране одни и те же, какую кнопку ни ткни! Отдых отдыхом, но надоедает: Макаревич жует, Арканов-Горин-Мишин анекдот травит, Петросян туда же... Беру стило, пишу эпистолу столичному другу, займись, дескать, этим вопросом, подстегни там кесаревых слуг и вольных акционеров. А то, выражаясь языком плебса, обрыдло по не могу!

Сижу, жду. Летит, гляжу, мой голубок почтовый обратно, в клюве - ответ. Дескать, так и так, усталый мой Титус, вняли в столице стенаниям твоим, объявили о "Новых лицах на РТР" (это Радио и Телевидение нашего древнего Рима). И списочек приложен. Скажу честно - взбодрился, винца плеснул из амфоры по такому случаю. И свиток тот не без волнения разворачиваю, в надежде...

Ну что я мог сказать, кроме одиозного "Однако"! Мишин да Малкин, Ярмольник да Легат. Это (извините за провинциальную резкость) не новые лица. А наоборот - старые, заезженные, как пословица, и надоевшие, как жена за завтраком! Затосковал я вконец, но тут другой голубок влетает, с постскриптумом в клюве. "Титус, - пишет мой столичный конфидент, - предполагая, что мой месседж мог взволновать тебя донельзя, я и сам, признаться, не рад. Но вот тебе в досыл имя и лицо совсем уж новое, почти как реставрированное ристалище. Прочти и запомни: Гольдбурт".

И скупая слеза бывшего всадника покатилась по моей небритой (ввиду отдаленности от центра) щеке. Вот наконец он, тот таинственный незнакомец, Новое Лицо, которое скрасит приятную, но все-таки скуку моих провинциальных вечеров, а может, и ночей.

Кто ты - Гольдбурт, какой? Хорош ли лицом и речью? Сметлив ли, остроумен, под стать ли мне, мыслящему телезрителю в уединении? А может, ты дама? Умная и красивая, как Андреева, Сорокина и Миткова, вместе взятые?..

С такими мыслями и заснул спокойно под шум ветвей, стук капель о стекло и шаркающую походку редкого прохожего.