Пороки взрослых

ПРИХОДИТ ко мне днями наш красавец-ведущий Доренко, но лица на нем нет.

- Слышал, Титус, страшную новость?

- Какую из?..

- Миша Шемякин решил меня в свою скульптурную аллегорию вставить: "Дети - жертвы пороков взрослых". Я у него стану символизировать ужасный порок в виде зверюги с человечьей головой и змеиным чешуйчатым хвостом.

- А какой, Сережа, порок? - с интересом разглядываю я Доренко.

- Продажность... - шепчет он, - продажность... То, что мы, акулы эфира, наговорили - это все схлынет, забудется. Ты же как всемирный историк это понимаешь... И остаться бы мне в скрижалях российского телевидения. Да вот Миша обиделся - Лужков-то у него в приятелях... А я Лужкова... ну, ты знаешь... И теперь около моего бронзового монстра будут внуки мои играть и спрашивать: "Деда, а ты действительно такой продажный?"

Я сочувственно кивал.

- Титус, дорогой, ты все можешь, у тебя связи, нельзя ли как-нибудь предотвратить?

Я снял трубку, соединился с Мосгордумой, у меня там приятель секретарем в комиссии по памятникам.

- Мыслимо ли, - интересуюсь, - такое дело, чтобы живого телевизионного человека змеюкой продажной, птицезверем злобным, бронзовым на века поставить?

- Почему же, - говорит, - нет?

- Ну а суды всякие, процессы, затаскают ведь, не боитесь?...

- А нам по барабану... Мы, вон, Петра воздвигли, и ничего... Стоит как миленький, - и трубку вешает.

Гляжу, гость мой совсем раскис.

- Сережа, - спрашиваю, - а почему ты не сказал просто, что ты - непродажный?

- Да как-то, Титус, даже в голову не пришло... - понурилась "звезда".

- Ладно, - говорю, - не расстраивайся. Сейчас такой народ пошел - все, что из цветных металлов, срезают и тащат. Вон, на Новодевичьем даже уточек Буша бронзовых и то сковырнули... Глядишь, и тебя сковырнут...

Повеселел Доренко, руку мне потряс благодарно и помчался в Останкино.